Шрифт:
Теперь можно было различить контуры огромного существа, похожего на богомола, который возносил прозрачные зазубренные клешни и поводил усиками-антеннами. Ну и страшилище! Насекомое выпустило добычу, на мгновение замерло и склонило набок треугольную голову с выпуклыми глазами. Ещё две стрелы попали в место, где она соединялась с шеей.
Разозлённое чудовище содрогнулось всем телом — и кинулось на причинившего ему боль.
Глава 5.
Расни упал; перекатился, снова дунул в трубку. Широкие ножи воткнулись в то место, где он только что лежал, на утоптанной дорожке остались глубокие ямки.
Похоже, яд начинал действовать – насекомое покачнулось, рывки его стали не так точны. Оно повернулось и затопало к лесу, перебирая длинными тонкими ногами, через секунду смутные черты растворились на фоне листвы.
Красный Кот вскочил, подпихнул Ингу, чтобы быстрее лезла по сходням, вбежал вслед за ней и затащил их наверх. Вождь уже был на месте, отдавал приказы, потирая шею.
Казалось, внизу на поляне никого нет, только то тут, то там никли кустики травы, как будто её кто-то приминал; раздался отвратительный скрежет, и на верхней трети столба появилась свежая отметина – похожая на те, в джунглях.
Перед Ингой закрыли дверь – «Отойди, ещё влезут!» Расни хмурился:
– А много этих тварей.
Она молча обняла друга. Никто не обращал на них внимания: закрытая, без окон терраса Длинного Дома была полна детьми, жмущимися к матерям от страха, жёнами, разыскивающими мужей, воинами, которые не знали, что им делать. Запах здесь стоял непередаваемый.
– Мне кажется, – сказала Инга, – что твои шипы им – слону дробина.
Глаза Красного Кота распахнулись.
– Слону, говоришь? – И побежал по террасе, разворачивая к себе всех подряд:
– Дедушка Еонт! Дедушка Еонт! Вот ты где. У тебя ещё остались стрелки для охоты на слона? Те, с наконечником из выдолбленного рыбьего зуба?
Сидящий на чурбаке мужчина средних лет, тёмный и скрюченный, как сушёная груша, закивал:
– Сейчас принесу, внучок. А тебе зачем?
– Те твари, которые похищают людей – очень большие. Нужно много яда, чтобы их убить.
Дед покачал головой:
– Это демоны, малыш. Нельзя воевать с демонами. – Однако за стрелками пошёл.
Прошло полчаса. На чурбаке сидел Расни и один за одним заправлял наконечники. Возле него стоял широкоплечий приземистый Травник с большой бутылкой и всех подряд спрашивал – не попадался ли им Сури: в Длинном Доме мальчика не было.
По коридору к ним шёл глава каянов, короткими рубящими фразами отбиваясь от блестящих выкладок Доктора. Галлифреец доказывал, что принесение множества жертв духам леса никак не улучшит ситуацию.
– Улучшит, – отрезал вождь и обратился к Красному Коту.
– Что ты делаешь?
Расни встал:
– Нам понадобится другое оружие, иначе врагов не одолеть. Яд королевской кобры плохо действует на богомолов, но если смешать порошок сока упаса с маслом дерева ним…
Властная ладонь взметнулась. Расни замолчал.
– Ты вёл себя достойно. Ты ловкий и меткий.
Все вокруг слушали, затаив дыхание; под полом раздавался скрежет и редкие удары – хорошо, что столбы из железного дерева. Оно выдержит. Сколько-то.
– Тебя посвятят в воины. Ты сможешь выбрать себе невесту. Но надо уладить одну глупость.
Не оборачиваясь, он выудил стоящего сзади пунана; шаман рухнул на колени. Его схватили за волосы и запрокинули угольно-черную голову:
– Я дарю тебе эту башку. Отруби её. Сейчас, при всём племени. И ты будешь воином.
Получается, вождь передумал четвертовать мальчика, и предлагает ему стать достойным членом общества? Всего-то и надо – обезглавить никому не нужного чужака… Да уж, обычаи у этих даяков.
Расни долго смотрел в испуганное чёрное лицо. Потом сказал:
– Нет. Не могу. Извини, отец.
Вождь в ярости отбросил пленника:
– Я нашёл тебя в лесу. И воспитал. Как сына. Ты подавал такие надежды! Прочь. Ты изгнан из племени каянов.
Собрав стрелы, Красный Кот побрёл к выходу.
– Он же вас спас! – разозлилась Инга. – Снаружи огромные кровожадные твари, его съедят, что вы делаете?!
Но вождь был непреклонен: сложил руки на груди и задрал свой нос-картошку. Хороший такой приёмный отец.
– Можно, я возьму его голову? – прошипел Чёрный Бык.
Глава племени сплюнул:
– Не трать силы. Череп труса не стоит и пустой черепахи.
– Ничего, я отдам его обезьянам, – засмеялся воин с розочкой на щеке, – вместо барабана. Сражайся со мной, жалкая лягушка!