Тот и вправду стоял позади, окидывая меня тяжелым взглядом. С таким укором на меня ещё никто и никогда не смотрел.

– Ничего не изменилось, я в отличие от тебя верна своему слову, Нэш!
– выпалила я, не дав ему заговорить. – Я ждала тебя. Только вот тебя это уже не волнует, верно? Нэшвил, мы можем объясниться с тобой наедине?

Но Нэш молчал. Изводил меня своим испепеляющим взглядом и молчал. Сзади ощущалось напряженное присутствие Джоны, да и Одичалые стали как-то подозрительно быстро подтягиваться с соседних улиц.

– Нэш, на самом деле ты сейчас единственный, кому бы я хотела довериться, - уверенно проговорила я, глядя ему в глаза.
– Мне было так важно сказать тебе об этом первому, но ты ведь занялся очередной девицей. И тогда я пошла к Джоне, потому что мне срочно был нужен совет. Кое-что происходит, и я искала помощи. Всего лишь это!

– А Темп? – выдавил Нэш, играя желваками.

– Темп?! Ну конечно же! Объятья с красоткой - это месть задетого мальчика! – происходящее начинало меня злить. – Темпа интересует только когда он сможет разделаться с моим братом! Почему мужчины такие идиоты?!

– Может, я сделаю для тебя открытие, но ты необычайная девушка Лаванда, притягательная, красивая, умная, - удивляя меня, заговорил Нэш. – Извини, если меня сводит с ума мысль, что ты предпочтёшь мне достойного Джону, равного тебе по происхождению или отличного парня Темпа, которого ты так героически спасла. Мы ведь оба знаем, причину твоего подвига.

– Мужчины кретины, - снова повторила я. – И похоже … ты не знаешь, почему я выбрала тебя.

– И сейчас выбираешь? – резко спросил Нэш, вскинув голову.

Я согласно кивнула, страстно мечтая, чтобы он обнял меня, чтобы мы остались только вдвоём подальше от этих любопытных глаз и ушей, не пропускающих ни одного нашего слова.

– Тогда у меня для тебя есть подарок, - скинув с плеча мешок, Нэш достал оттуда две засушенные шикарные муссы, просто настоящий клад. – Думаю, с этим ты сможешь закончить свой «сладкий» браслет.

– Надеюсь, ты отважно сражался с обезьянами? – расплылась я в улыбке, не в силах больше сдерживать какое-то рвущееся из меня чувство восторга.

– Еле ноги унёс, - улыбнулся Нэш.

Этого было достаточно, чтобы порывисто схватив плоды, я крепко обвила его за шею. И кажется мне, что губы этого парня по сладости не уступали принесённому им лакомству. Я целовалась с ним с удовольствием, никого не смущаясь. Я действительно хотела принадлежать ему, не вникая в нюансы своего желания, так сильно, что снова начала дрожать.

 Между нами существовало столько несопоставимостей, возможно, глядя на нас никто бы и не сказал, что мы идеальная пара, но в глубине души мы с Нэшем были похожи, вот поэтому нам с ним было так здорово вдвоём. Хоть меня иногда и задевали его колкости, но я даже любила эту его иронию.

Нэш почувствовал моё состояние, понял это по моим глазам. Вообще-то он чувствовал меня слишком хорошо и это отчасти даже пугало.

– При свидетелях я признаю в Лаванде свою женщину и беру на себя всю ответственность и заботу о ней! – громко объявил Нэш. – Если до начала сезона дождей мы укрепимся в желании и при этом останемся живы – мы создадим семью. Если кто-то возражает, пусть скажет сейчас или заткнётся навеки, - и Нэш выразительно посмотрел в сторону предводителя.

Против никто ничего не имел. Потому что люди были в курсе, что наша жизнь полна превратностей, и многим парам так и ну удавалось пройти испытательный срок – нападения, ловушки, дикие звери, несчастные случаи. Смертность была достаточно высока, отсюда и ранняя половая жизнь и многодетные семьи, и сироты без родителей, а старики так и вовсе были редкостью. Энд был островом молодых, где жестокость была в почёте.

Ни я, ни Нэш вовсе не думали о каких-то там разговорах, стоило нам переступить порог дома. Каждое возвращение дозорного было подарком судьбы, поэтому занятие любовью происходило особенно бурно, как в последний раз. Но этой ночью, по моему, мы оба сошли с ума, может, виной тому наше прилюдное обручение, новый статус вызволил новые ощущения. Только мне казалось, что я умру счастливой. Каждый наш поцелуй, каждое прикосновение будило внутри такой яркий всплеск, что слёзы наворачивались сами собой. Теперь он был только моим и никто не имел право претендовать, я позволяла себе вещи, в которых даже саму себя не подозревала. Тело этого парня теперь принадлежало мне, как и моё ему, и я хотела касаться губами везде, где мне заблагорассудится, изучая своего жениха. Его стоны оставляли мне подсказки, по которым я составляла карту, запоминая маршруты удовольствия. Нэш в долгу не остался.

И под утро я уже знала, что люблю его. Сказать не сказала, но отрицать в душе уже не смогла. Глядя на его умиротворенное спящее лицо – я не спала. Я просто боялась уснуть.

Наконец я ощутила в полной мере, как это страшно – любить. Ведь чем дольше ты живёшь на этом острове – тем меньше у тебя шансов сохранить свою пару. Я не хотела переживать те муки, которые мне приходилось наблюдать у других. Взять хотя бы Темпа и Эмми. Мне почему-то казалось, что я точно знаю способ как нам прожить с Нэшем вместе долгие годы, просто пока я не могла этого способа вспомнить, словно к моему разуму не хватало какого-то важного ключа.