Я разворачиваюсь, коротко киваю с любопытством рассматривающей меня госпоже Мольд.

— Задай им там всем, девочка! — кричит она, вскидывая в приветствии руку с поднятым вверх большим пальцем.

Ах, Верховная! Мой смех звучит обещанием, а я уже спешу прочь! Вверх, чуть выше линии воды! Пламя послушно переносит меня на берег, а после поднимает в воздух, повинуясь желанию рассмотреть картину в целом.

Не оглядываться! Сила бурлит, прося дать ей пищу — наказать, поглотить. Поработить!

— Не спеши, — шепчу ей, словно сдерживаю нетерпеливого ребенка. — Сейчас! Мы обязательно найдем на ком отыграться, и видят Боги, во мне не дрогнет ничто человеческое. Потому что я защищаю своё от тех, кто пожелал протянуть загребущие лапы к этому суровому, но всё же уютному миру честных и сильных горцев, заслуживших во многом моё уважение. И главное, я буду сражаться за тех, кто мне дорог! И раз ты, Стихия, выбрала и благословила меня, то в этой игре будет всё по-моему!

«Смелая малышка…» — благодушно отзывается всё тот же голос.

Ох, да ни капельки! Просто чувствую, что так ПРАВИЛЬНО!

Моё зрение тоже изменилось, сейчас всё стало четче и подробнее. Картинка с высоты действительно в чем-то напоминала компьютерную игру. Вот только я всё же помнила, что там находятся живые люди. И нелюди, напавшие на город.

Изайлум, такой прекрасный и чистый ещё недавно, сейчас, в лучах равнодушного светила, предстал разрушенным как минимум наполовину, а пламя пожарищ неуклонно протягивало лапы к ещё целым строениям. И там, с той стороны хаоса напирала вражеская армия. Тысячи воинов, сдерживаемые лишь стражами Предела. И огненными магами, во главе с Игнисом Ардере.

Мой Владеющий был в ипостаси элементаля, сдерживая своей грозной магией мощную волну чего-то злого и чужеродного.

Сжала кулаки, ища источник той проблемы, которую усмирить до сих пор не удавалось даже ему — сильнейшему колдуну запада. Найти источник оказалось несложно, потому что враг чувствовал себя в безопасности, прячась за щитами и спинами своей армии.

Сины. Много синов объединившихся, чтобы питать своими силами созданные чьим-то злым гением адские игрушки.

Что ж, пора менять расклад сил. Но сначала подойти поближе, оказаться рядом и убедиться, что с моими мужчинами всё в порядке.

И это была последняя здравая мысль, потому что меня накрыла ярость.

— Вперед! — скорее вою сквозь зубы, чем командую сама себе, и Стихия подхватывает моё тело, словно застоявшаяся в упряжке хаски, тянущая санки с замешкавшейся хозяйкой, давно мечтая сорваться на бег.

Кварталы, улицы и площади мелькают, но меня даже не удивляет скорость — ведь я Пламя! И сейчас меня неотвратимо, как саму смерть, несет ветер мести и войны. А уж он весьма стремителен!

А ещё меня всё больше охватывает азарт! Нет, где-то умом я понимаю, что это не мои ощущения, но они такие соблазнительные! Мне уже просто надо туда! Ведь там чужаки, что посмели на моей территории устроить такое!

Сила бурлит, я протягиваю руки, приказывая и маня к себе полыхающие костры, и те стыдливо гаснут, втягиваясь струйками в пальцы, как некогда делал Игнис.

А теперь ударить! Ударить сильней, пока лишь по этим жалким чужакам в балахонах, наивно уверенных в своей недосягаемости! Не для меня! Я управляю, мой Дар призывать силу никуда не делся. Они заслужили, потому что принесли своей жадностью и нежеланием договариваться столько хаоса! И ещё имеют наглость противиться моему избранному?

Огонь ревёт, но и он не в силах заглушить крики. Да, я знаю, гореть больно…

Стражи шарахаются в стороны, уступая мне путь! Правильно, не мешайтесь, раз сами не в силах одержать победу! Ох, как мы сейчас разгуляемся…

Встряхиваю головой — не мои мысли, не мои…

— МАРИЯ!

Огненный вихрь сшибает с ног, подхватывает и кружит, прижимая к себе.

Вздрагиваю, сбрасывая насланное Стихией наваждение, и гляжу в бездну глаз грозного мужчины. Нет, сейчас такого же порождения Пламени, как я сама.

— Что же ты творишь, моя неугомонная? — шепчет он, обхватывая руками моё лицо и вглядываясь в него со смесью злости и восторга.

— Вас спасаю, чего ж ещё, — шепчу, ласково касаясь его щеки. О, Стихия, это совсем другое чувство! Мои пальцы словно дотрагиваются до чего-то ни просто близкого и родного, а будто до продолжения меня самой.

Мир встаёт на паузу, а мы смотрим друг на друга, впитывая охватывающие нас эмоции.

— Сумасшедшая ведьма, — качает укоризненно головой, — Моя! — его губы наконец-то касаются моих и мы буквально выпадаем из реальности, лаская и выпивая до суха свои страхи и радость, и на вдохе сливаясь силами в танце Огненной Стихии.