Вздохнула, огляделась по сторонам и накинула на голову капюшон легкой шелковой накидки-плаща, которую догадалась надеть в последний момент. Всё же внешность мне досталась приметная, а так проще не привлекать к себе внимания, особенно учитывая количество народа в замке.

Чувствовала, как внутри закручивается пружина, подгоняя и требуя действовать. Предел пылал, и судя по тому, что творилось сейчас в нашем убежище для его жителей, мой мужчина и его армия отчего-то не могли изгнать или хотя бы остановить тех, кто много лет рвался в империю.

Я почти перешла на бег, подбираясь ближе, но вскоре это стало затруднительно, потому что довольно большое пространство острова оказалось тесноватым перед натиском испуганной толпы горцев, пусть и старающихся проявлять спокойствие и выдержку.

За все время, что я пребывала в Волантесе, мне отчего-то и в голову не приходило побывать на месте силы. И сейчас я буквально застыла соляным столбом, понимая, что видимо беременность всё же тяжелая форма болезни, которая в период течения резко понизила мои умственные способности. Потому как ничем иным собственную тупость и недальновидность оправдать я не могла. Мысленно попросила прощения у малыша — он-то точно ни при чем, если у мамы мозг взял отпуск!

Это ж надо быть такой овцой! Что, Маша, вижу цель — не вижу препятствий? А вот зря, как оказалось.

Этот приступ самобичевания легко объяснялся тем, что та самая площадка для ритуалов, которую маги использовали как для проведения обрядов, так и для поединков, находилась ни где-нибудь, а рядом с постом стражи и единственным пролетом на мосту Соло Модум, что разделял озеро и кольцо из лавы.

Попасть на неё можно пройдя непосредственно по мосту со стороны замка. Примерно в сотне метрах от берега имелся боковой проход и ступени вниз, что вели к круглому возвышению над водою, окруженному красивой каменной балюстрадой, и выложенному плиткой из гранита. И именно это сооружение упиралось одним краем в огненную реку.

Я стояла в тени раскидистого дерева, названия которого не знала, похожего на дуб, но с более резными листьями. Крона его уже достаточно распустилась, чтобы скрыть незадачливую ведьму. Лихорадочно кусала губы, только теперь осознав, что пока по мосту идет поток беженцев, мне просто не пробиться к нужному месту! Пусть в обычные дни путь туда никто не сторожил — в конце концов место силы относилось к самому замку, было изолировано от внешнего мира, и не требовало охраны. Разве что от детей, но говорят их и так не допускали на мост без сопровождения взрослых.

Дожидаться пока людская река иссякнет было не судьба, ведь меня и моих стражей могли хватиться в любой момент. Я нервно ломала пальцы, но ни одна здравая мысль в голову не приходила.

Нет, ну не вплавь же по озеру мне достигать цели?

— И что ты задумала, позволь узнать?

Я подпрыгнула в панике, а слетевшая совершенно неосознанно с пальцев огненная руна ударилась и полностью была поглощена водным щитом. Только после этого я поняла, что на меня хмуро глядел не страшный подкравшийся враг, а Верховная ведьма.

— Ну, ты и бестолочь, Мария, — сказала укоризненно женщина, качая головой и развеивая свой щит.

Я пристыженно убрала руку за спину. Желание опустить глаза и поковырять носком сапожка песочек было велико.

— Ну, и? — требовательно рявкнула она на меня. — Мне позвать стражу, чтобы тебя отвели в покои, или соизволишь рассказать отчего ты тут одна, без охраны и кровожадно смотришь на народ на мосту? — она прищурилась, — Говори, куда собралась?

— А вы здесь какими судьбами? — наивно попыталась съехать с темы я.

— Я-то, уже распознав твою деятельную натуру, и помня твой вчерашний лихорадочный блеск в глазах, решила подстраховаться и навесила на дверь маячок, завязанный на тебя. И ведь не ошиблась, когда почувствовала, что тебя куда-то понесло в такую рань. Ну а потом нашла твоих несчастных стражей, оглушенных очень знакомой магией — я ж быстро, так что след ещё не развеялся, — усмехнулась Ганна. — Так что не юли! Выдавай, что там в твоей гениальной голове?

— Да какая теперь разница, — махнула я рукой, чуть не плача от досады. — Всё равно уже ничего не поделать…

Ганна вздохнула и посмотрела на меня, как на неразумное дитя.

— Ладно, давай рассказывай! Не верю я, что ты просто так глупо бежать собралась, — она одарила меня сочувствующим взглядом, а потом добавила, хитро мне подмигнув, — Раз я в этом не участвовала, то всё равно бы не получилось!

— Самомнение у некоторых, — буркнула я.

— Да уж, что имеем, — пожала плечами ведьма, и вновь впилась в меня взглядом, — Выкладывай, говорю, может чем помочь смогу, — вздохнула Ганна.

Я посмотрела на нее исподлобья, размышляя, чтобы такого сказать, а после решила выдать часть правды.