– Недостающие пуговицы...
– повторил мундир.

– Почему вы говорите о себе во множественном числе?
– спросила продавщица, высоко подняв брови.

– Я говорю от своего имени и от имени мундира, - пояснил Фердинанд.

– То есть от моего имени, - добавил мундир.

– Вы необыкновенный!
– воскликнула с восхищением продавщица.
– Если вам когда-нибудь понадобятся пуговицы, разумеется, не такие редкие, как эти, то прошу ко мне в магазин. Мои пуговицы - это ваши пуговицы!

– Большое спасибо, - раскланялся с продавщицей Фердинанд.
– Я постараюсь запомнить это навеки!

– И я! И я!
– повторил мундир.

– До свиданья, - произнёс Фердинанд, направляясь к двери.

– До свиданья!
– повторил мундир.

– До свиданья, двухголосый покупатель, - попрощалась продавщица и послала вслед Фердинанду улыбку, а тот красовался напропалую в своём мундире.

IV

Они побывали ещё в трёх магазинах с пуговицами. Но безуспешно. Дело приняло трагический оборот.

– Я не смогу принимать парад, - сказал убитый горем Фердинанд.
– Кто это видывал чтоб генерал стоял на трибуне и принимал па-рад в мундире, на котором недостаёт двух пуговиц!

– А мне нельзя вернуться в музей!
– просто-нал мундир.
– Стоит директору на меня взгля-нуть, как он скажет: "Опять проигрался, олух!"

– Это послужит тебе уроком!
– не выдержал Фердинанд.
– Не будешь впредь играть в эти ду-рацкие пуговицы. Так тебе и надо!

Погружённые в свои печальные мысли, они уселись в парке на скамейке.

Сидели так, сидели, может, два, а может и три часа, как вдруг к ним стали приближаться чьи-то голоса.

– Вот очень хорошее место, - сказал один голос.

– Можно и сыграть, - весело отозвался другой.

– Давай!
– крикнул третий.

И вскоре за кустами, которые отделяли их от трёх голосов, послышалось характерное звяканье пуговиц.

– Слышишь?
– шёпотом спросил Фердинанд.

– Слышу, - басовитым шёпотом ответил ему мундир.

– Может, это те самые?

– Очень даже возможно, - ответил мундир.

– У меня есть план, - сообщил Фердинанд.

– Какой?
– поинтересовался мундир.

– Если это те самые юнцы, - сказал Фердинанд, - то я попробую пуговицы отыграть. Я мог бы попросту отнять их силой, они б даже не пикнули, уверяю тебя... Но ведь ты на это не пойдёшь, скажешь, неблагородно...

– Уж конечно!
– ответил мундир.

– Значит, пуговицы я отыграю, - с решительностью повторил Фердинанд. Давай высунемся. Надо посмотреть, те ли это...

И они слегка высунулись, так, чтоб юнцы, которые были поблизости, их не заметили.

– Те самые, - подтвердил мундир.

– Слоняются, видно, по городу взад и вперёд и играют в пуговицы там и сям, - заметил Фердинанд.
– Слезай с меня!

– И не подумаю, - заупрямился мундир.
– На тебе я прекрасно сижу и слезать не желаю.

– Слезай, да поскорей!
– повторил Фердинанд.
– Если они тебя заметят, они сразу почувствуют, чем дело пахнет, и будут настороже.

– Может, ты и прав, - буркнул мундир и с неохотой, медленно-медленно, сполз с Фердинанда.

Фердинанд оказался в одном только белье. Он стал похож на спортсмена-одиночку, который пришёл в парк потренироваться.

– Сиди на скамеечке и не шуми, - сказал Фердинанд мундиру.
– Чтоб ни гугу! Я постараюсь вернуться как можно скорее.

Мундир остался на скамейке, а Фердинанд, весело насвистывая, скрылся за кустами.

– В пуговки играем, да?
– спросил Фердинанд, подойдя к трём юнцам, увлечённым игрой.

– Играем, - сказал первый юнец.

– Ну и как?
– спросил Фердинанд.

– А так...
– ответил второй.

– Великолепная игра!
– заметил Фердинанд.

– Вы тоже играете?
– заинтересовался третий юнец.

– Когда-то я играл, - скромно заметил Фердинанд.
– Но уже давным-давно не держал в руках пуговицы. Разве что застегнуться...

– Ха-ха-ха!
– загоготали одновременно все три юнца.
– Хорошая шутка!

– Сыграть не желаете?
– осведомился первый юнец, предчувствуя, видимо, лёгкую добычу.

– Попробуйте!
– присоединился к товарищу второй.