Впрочем, время нам пригодилось. То, что я планировала, требовало от меня некоторых жертв, которые лучше приносить не торопясь. Тем не менее Рэджему казалось, что постепенный процесс будет для меня более болезненным.

Я линяла.

Точнее, я находилась в форме Паутины и сбрасывала излишки массы в виде тонкой голубой пыли, самым тщательным образом избавленной от воспоминаний. Рэджем собирал ее пылесосом и складывал в корабельный холодильник.

Периодически я возвращалась в облик кет, чтобы немного отдохнуть, а Рэджем убирал пылесос, и мы изучали последние новости.

Потом я вновь переходила в форму Паутины, увеличивала массу, уничтожая запас растений, после чего возобновляла линьку.

"Не слишком достойное занятие", - довела я до сведения оставшейся во мне части Эрш, но этот способ казался мне гораздо более приятным, чем все другие варианты потери массы.

Кроме того, я занялась ассимиляцией последних воспоминаний Эрш, ее дара. Потом мне предстояло попробовать использовать новые знания, которыми она, наконец, решила со мной поделиться.

"Если у меня появится такая возможность", - с грустью подумала я.

Старейшая научила меня летать. Я мечтала об этом, заново переживая диковинные ощущения из воспоминаний Эрш. Оказалось, что ничего трудного тут нет - когда знаешь как.

Одна проблема - цена, которую нужно платить. Я могла покинуть "Ахав" в любой момент и парить рядом с кораблем, наслаждаясь свободой вакуума, сквозь волны излучения купаясь в лучах света. Но для полета мне потребовалась бы вся плоть Рэджема, а также остатки растений.

Теперь я понимала, почему мой враг был таким прожорливым, но никогда не испытывал - насколько мне удалось узнать из частиц его плоти - желания разделиться или умереть. Почти всю массу своих жертв врагу приходилось превращать в энергию транссветовых полетов.

Какое счастье, что Эрш скрыла эту способность от всех нас!

ГДЕ-ТО ТАМ

–  Они хотят, чтобы мы остановились.

–  Похоже на то, - задумчиво ответил Джоэль Ларгас.

Он прикусил нижнюю губу и задумчиво посмотрел на дочь.

–  И что ты намерен делать?
– Лицо Чар побледнело от ярости, но она говорила, не повышая голоса.

Они находились на мостике "Верного", и их могли слышать только члены семьи. Не было никакого смысла лить воду на мельницу слухов. Новости и без того распространялись с транссветовой скоростью.

–  Проявить вежливость и остановиться, - небрежно ответил Ларгас.

Терпение Чар лопнуло. У них выдалась очень тяжелая неделя.

–  Что? После того, что с нами сделал Кирн? Джоэль вздохнул. Поднявшись с капитанского кресла, он взял Чар за руку и повел к ближайшему лифту. Возле него имелась ниша с маленьким диванчиком, на котором можно было немного поспать, и скамья, где он собирался поговорить с дочерью наедине. Конечно, он бы предпочел поспать, но ему хватило одного взгляда на Чар, чтобы забыть об отдыхе.

–  "Ригус" заставил существо бежать, - начал он, и Чар помрачнела еще сильнее.

А Джоэль добавил:

–  Я знаю, что произошло с "Лучшим", но неужели ты считаешь, что у него был выбор?

–  Они нас бросили!

–  И три хороших человека отдали свои жизни. Да, мне это известно.

В последние дни Джоэлю казалось, что время, которое им удалось сэкономить благодаря транссветовому полету, тяжелым грузом давит ему на плечи. Прав Кирн или нет, но он пытался помешать чудовищу. К тому же они вернулись, не так ли? И получили медицинскую помощь, с этим ведь не поспоришь? Более того, их инженеры сумели подлатать "Лучший".

Нет, ему не удавалось убедить Чар, она продолжала сжимать кулаки, а ее полные губы превратились в узкую злую линию. Ему было хорошо знакомо это чувство. Только ярость помогала ему продолжать сражаться за выживание. И тело делало свое дело, когда слабела надежда. Но сейчас он должен верить, что конец близок. И убедить остальных, хотя его собственные силы уже на исходе.

–  А они объяснили, почему хотят остановить конвой?

–  Они намерены пообщаться с тобой. И со мной. И со всеми, кто видел существо.

Джоэль не удивился этому требованию. На "Ригусе" имелись снимки, которые были сделаны с одной точки; у "Верного" не было сканеров, но команда видела достаточно, возможно, других живых свидетелей не существовало.

–  Чар, мы нанесем визит Кирну, - спокойно сказал Ларгас.
– Давай возьмем с собой список, - добавил он, наблюдая за улыбкой, тронувшей уголки рта дочери.
– У нас закончились запасы многих нужных вещей.

–  Я подготовлю список, - обещала слегка смягчившаяся Чар.
– И он будет длинным.