Шрифт:
Рейз с трудом представлял себе, как будет драться в таком состоянии.
— Если я увижу, что ваша жизнь в опасности, — сказала Силана, когда они остались с Рейзом одни, — я вмешаюсь. Я нарушу правила Арены, и распорядителю придется остановить бой.
— Я и так постоянно в опасности. Ты не можешь кидаться на помощь в каждом поединке, моя гордость бойца этого не вынесет, — попытался отшутиться Рейз, хотя вовсе не чувствовал никакого веселья.
Силана не улыбнулась в ответ, смотрела серьезно и спокойно. Глаза в полумраке экипажа посверкивали как полированные камни:
— Я все равно это сделаю.
Когда они только встретились, Рейз ненавидел Силану за это упрямство, за то, что она брала на себя право решать и вмешиваться. Никак не мог увязать скромную тихую молодую женщину, которая все время будто извинялась и эти непонятно откуда бравшуюся решимость.
А теперь просто видел — такой Силана становилась, когда ее загоняли в угол, когда единственным спасением было действовать.
— Ты боишься меня потерять, — просто сказал он. Хотя знал это и раньше, Силана много раз говорила, как он ей важен. Что он стал ей дорог.
Но почему-то именно сейчас ее готовность вмешаться воспринималась как признание.
— Да, боюсь. С самого начала боялась. Вы никогда не были для меня просто гладиатором. Вы были примером, человеком, который меня восхищал. Сильным, чистым. Тем, которого не может коснуться никакая грязь. Рядом с вами я и сама чувствую себя чище.
— Но дело не только в этом, — продолжила она. — Вы ведь и сами понимаете.
Да, понимал, потому что и сам это испытывал.
Он наклонился, поцеловал ее — просто и естественно — а потом еще и еще. Больше не спрашивая разрешения, и не сомневаясь, что Силана позволит.
— Ты очень упрямая, и я знаю, что не смогу тебя переубедить, — сказал он наконец, отстраняясь. — Так что даже пытаться не буду. Ты только береги и себя тоже.
Он не стал объяснять, что потерять ее было бы очень больно.
Силана и сама это знала.
***
В прошлый раз Рейз не придавал особого значения дороге, и они с Силаной едва не пропустили дом Мелезы по ошибке.
Дом выглядел, как и раньше, разве что в воздухе над платформами причалов кружились скаты.
На сей раз ворота им открыл не Грей, а девчушка, которую Рейз уже видел раньше. Дочка Грея, кажется.
Рейз видел ее всего дважды и тогда не обратил внимания, но было в ней что-то неуловимое и от Мелезы.
«Мелеза моя», — сказал Рейзу Грей раньше.
«Моя женщина».
И его слова едва укладывались у Рейза в голове.
Мысль о том, что у Мелезы и Грея мог быть общий…
Да нет же, глупости. Не может быть.
Просто не может быть.
Рейз поймал себя на том, что смотрит, едва не открыв рот.
— Здравствуйте, — Силана легко подтолкнула его локтем в бок, поклонилась глубоким Церемониальным Поклоном, мазнула кончиками пальцев по стылой, заледеневшей земле. — Мы хотели бы видеть госпожу Мелезу, если она дома.
Девчонка оглядела их внимательным, цепким взглядом — так Грей иногда смотрел, когда его ставили в пару с Рейзом тренироваться. Будто примеривался, откуда лучше отрезать кусок.
— Я вас помню, — сказала она. — Вас принесли, когда вы были… ранены? Идемте, я скажу маме, что вы пришли.
Маме.
Да, Рейз действительно не мог в это поверить.
Девчонка провела их в гостиную, предложила присесть и исчезла в одном из боковых коридоров.
Долго ждать Рейзу и Силане не пришлось. В гостиной появился Грей.
Он зашел резко, хлопнул дверью, и недовольно поджал губы, когда увидел Рейза.
Грей был в ярости, даже не пытался этого скрыть, и взгляд у него смягчился, только когда он увидел Силану.
Она непроизвольно села ровнее, сказала нерешительно:
— Господин Грей, мы не вовремя.
Он длинно выдохнул и будто расслабился:
— Нет, Силана. Хорошо, что вы здесь.
За дверью, из которой он появился что-то с оглушительным звуком разбилось.
Рейз почувствовал себя до дрожи неловко, будто подглянул что-то личное.
— Мелеза хотела с вами поговорить. То, что случилось вчера на многих произвело впечатление. Даже не знаю, что больше. Слухи о вашей с Рейзом свадьбе или смерть девочки.
— Майи, — сказала Силана. — Ее звали Майя.
— Насчет вашей с Рейзом свадьбы, это правда? — Грей спросил у нее, полностью игнорируя Рейза. И это в общем-то до сих пор задевало.