Ему недолго пришлось ждать Волина. Тот появился возле своего кабинета как и обещал к десяти.

Завидев сидящего в коридоре Павла сходу произнес:

— Ты чего здесь как бедный родственник сидишь, привыкай к новому месту работы.

— Да я…

— Понял. Твой перевод к нам решен.

— Так быстро?

— А ты как думал. Смышленые работники попав в поле зрения шефа, без работы не останутся. Насчет оформления документов не волнуйся, раз начальство решило, даст кому надо команду, а ты пока заходи и располагайся.

Они зашли в кабинет и Волин, не раздеваясь, достал из сумки папку с документами и протянул её Павлу.

— На вот, почитай отчет с места где ребят держали.

Павел открыл папку. Фотографии дома, подвалов, комнат. Далее шли протоколы осмотра и в конце два листа по собранным уликам с места преступления. Он внимательно прочитал текст.

— Что скажешь? — спросил Волин когда Павел закрыл папку и положил её на стол.

— Ты прав, никаких существенных улик, которые могли бы навести на мысль куда они могли направиться, нет. Если исходить из того, что написано, они уехали на четырех машинах. Две из которых, по всей видимости, грузовые. Словесные портреты врача и четырех охранников составлены, приблизительный возраст подозреваемых определен, вот собственно и все. Да, вот еще, найдены волосы, отправлены на экспертизу и обнаружен один отпечаток пальца, который по данным картотеки, нигде не значится. Прямо сказать не густо.

— И я тебе о том же. Очень умело действуют. И все же есть кой-какие мысли.

— Поделись, если не секрет.

— Секрет. Был бы секрет, не говорил бы. Я вот все размышлял насчет очкастого, как прозвал врача Николай, сбежавший от них. Я так подозреваю, он делал не только анализы, но и проводил непосредственно операции. Раз так, стало быть, он не просто врач, а скорее всего хирург и притом весьма опытный. Я тут почитал, пока ехали назад, кой-какую литературу. Забор органов не такая простая штука как кажется. Необходимо так провести операцию, чтобы не поранить орган, отделить от прилегающих тканей, произвести массу дополнительных вещей, связанных с тем, чтобы не нарушить её функциональное назначение в новом организме. Короче, это должен быть хирург с большим опытом практической работы. Вывод напрашивается сам собой, он работал в клинике или в госпитале и не просто работал, удаляя аппендицит или гланды, усекаешь мою мысль?

— Ты прав. Надо сделать запрос во все городские больницы, кто из хирургов увольнялся за последние, скажем три года.

— Ты погоди насчет запросов. Тут надо все основательно продумать. Хирургов-то тоже тьма.

— В смысле?

— В том смысле, что все они специализируются, поэтому прежде чем дать запрос, надо поглубже узнать, побеседовать с нашими врачами и патологоанатомами на эту тему. Возможно, сузим круг интересующих нас врачей. Теперь второй момент, который меня заинтересовал. Твой подопечный указал, что в разговоре очкастого с охранниками один раз был упомянут некто Боря, судя по всему руководитель или главарь банды. Конечно, имя ничего нам не дает, оно вполне может быть вымышленным, тем не менее, Боря, несомненно, весьма важная фигура в деле.

— Согласен, а что еще?

— А еще вот это, — и Волин извлек из портфеля папку. Открыв её, Павел увидел, что в ней лежит файл с измятым листом бумаги. Судя по всему он многократно был сложен, чтобы потом его можно было куда-то спрятать или засунуть. Это была записка, написанная карандашом.

— Меня зовут Валентин Зуев. Я попал в беду. Жить осталось несколько дней. Мой номер семнадцатый, а это значит, что столько ребят уже постигла та же участь, что ждёт и меня. Нас всех похитили, чтобы сделать живыми донорами. Если кто найдет записку, сообщите матери, что я её очень люблю. Врача зовут Аркадий, а одного из охранников то ли Гарик, то ли Георгий.

Далее шел адрес парня, написавшего записку. Он был из подмосковного города Клин.

— Уже сообщили родным? — спросил Павел.

— Да, туда выехал наш человек, поговорить, может что-то узнает, хотя вряд ли. Они весьма аккуратно все делают. Маловероятно, что удастся что-то узнать, но на всякий случай надо проверить.

— А где нашли записку?

— В холле под диваном. Когда отодвинули, чтобы проверить, нет ли чего, потом диван перевернули, а она зацепилась за ножку. Как она там оказалась трудно сказать. Возможно, когда парня вели или тащили в другой подвал.

— Скорее всего они шли через основное помещение.

— Видимо так. Вот и маленькая зацепка появилась. Имя врача Аркадий. Отсюда и начнем танцевать.

Аркадий проснулся с головной болью. Поднявшись, отправился вниз, чтобы заглянуть на кухню и что-нибудь выпить.

Маленькая, но уютно приспособленная для готовки кухня с большим трехдверным холодильником, сверкала чудесами техники и изысканностью дизайна подстать гостиной. Аркадий открыл холодильник и присвистнул от вида изобилия всяких деликатесов. Пошарив глазами нашел бутылку водки. Налил и выпил треть стакана. Потом взял кусок буженины, намазал её горчицей и с аппетитом стал есть. Присев на табурет перед столешницей, так как стола не было, включил чайник и стал ждать, когда он вскипит.

В этот момент он увидел как вниз спустился Али и направился в его сторону.

— Доброе утро, как спалось? — спросил он.

— После вчерашнего, спал как убитый.

Али усмехнулся и с улыбкой произнес:

— Понимаю, стресс надо было снять. Бывает. Передряги в нашем деле неизбежны, а от проколов никто не застрахован. У нас тоже бывают промахи, а куда от них денешься.

— Вот как, не знал.

— А что афишировать. Полгода назад брали одного в Питере. Казалось, ничего сложного, все как обычно, и тут как назло патрульная машина. Откуда она взялась одному аллаху известно. Парень уже в отключке, что делать? И менты вдобавок притормозили.