– Все видели, как последний кинулся на Скорого!

– Он же связанный, - возразил Шило.

– Он его пытался укусить. А ты, - она ткнула пальцем в Скорого, - ты просто испугался. Понял?! Идиот!

Потом, уже спокойней, добавила.

– А мы здесь совершенно не при чём. Не хватало нам ещё группового.

Скорый объявил.

– Так, всё. Я пошел сдаваться. Бабка, ещё откорректируешь показания.

Уложил пистолеты в кобуры. Кобуры снял с ног, отдал Тьме и начал стягивать броник.

– Я бы тебе откорректировала! Ох, я бы тебе так откорректировала!...
– Неистовствовала Бабка, потрясая кулаком у Пашкиного носа.
– Ладно. Всё сделаем. Не первый раз. Только спокойно там. Больше не глупи. На рожон не лезь. Понял?! Скорый, ты понял, что я сказала?!!

– Бабка, я понял, не волнуйся.

* * *

От ворот подбежал Гравёр. Следом ещё один боец.

– Вы что тут?! Рехнулись?! Скорый, ты что сделал?! Это же самосуд!

Пашка вздохнул.

– Они девочку насиловали.

– Ну, так надо было сообщить! Девочке простительно. Она - пострадавшая! Но ты!...

– Времени не было сообщать.

– Этого, - Гравёр кивнул на застреленного, - Надо было сдать органам, и всё! А ты... Сейчас я тебя буду арестовывать, а ты даже не думай сопротивляться! Я представитель закона!

– Гравёр, я всё прекрасно понимаю. Арестовывай.

Пашка протянул вперёд руки, как бы предлагая надеть на него наручники.

Начальник караула кивнул одному бойцу.

– Браслеты не него надень.

Потом удивлённо осмотрел тройку подбежавших за ним бойцов.

– А на воротах кто?... Вы что?! Совсем охренели?! Мишин! Калатай! Быстро на пост!! Бегом, мать вашу!!

Два бойца вихрем помчались к безнадзорным воротам, в которые уже радостно втягивалась колонна пикапов.

Пашка не мог удержатся. Посмеялся.

– Вот тебе смешно, а из-за тебя КПП без присмотра остался!
– Выговаривал начальник караула.

Бабка влезла.

– Гравёр, ну ты чего? Он-то тут причём?

– Вечно все вы, блин... "Не причём"...
– злился Гравёр, - Пошли Скорый. Ты арестован.

– А браслеты одеть?

– Жирно тебе будет! И так сойдёт! Пошли.

Бабка спросила в спину Гравёру.

– А куда ты его?

– В полицию! Куда же ещё?!

– Так чего пешком-то. Садись. Поехали.

И они поехали.

Все зашли в отделение.

Гравёр сказал в окошечко дежурному.

– Привет Рама. У меня убийство. Оформляй задержанного.

Рама нажал на кнопочку и из коридора выскочили два крепеньких полицейских.

Дежурный скомандовал.

– Задержанного в КПЗ... Возьми бланк Гравёр. А, кстати! Не намекнёшь, кто задержанный-то?

– Да вот он, - ткнул в Скорого.

– Это же, как я понимаю, Скорый?

– Правильно понимаешь, - ответил Гравёр и пошел куда-то оформлять протокол происшествия.

– Скорый, ты сам пойдёшь, или как.

Бабка засуетилась.

– Он сам пойдет. Сам.

А Пашка добавил.

– Рама, ты же не думаешь, что я начну громить отделение?

– А вот хрен вас знает. Я тут всякого навидался. Иди за этими бойцами.

И Пашку отвели в камеру.

Вот с преступностью в Полисе было плохо. Совсем плохо. КПЗ пустовала.

Пашка перешагнул порог и сказал сопровождающим.

– Спасибо.

Те заржали.

– Да на здоровье!

Закрыли двери, и ушли, похахатывая.

Через несколько минут один из них вернулся, забряцал ключами открывая камеру.

– Пошли. Начальство вызывает.

На лестничной площадке конвоир указал.

– На второй этаж.

Завёл в кабинет.

Фукс сидел за столом, перебирая какие-то бумаги. Скомандовал конвою.

– Свободен...

И Пашке.

– Скорый, это что за детский сад?

Пашка, не спрашивая разрешения сел на стул.

– Фукс, они девочку насиловали. Лет шестнадцать. Ну ладно бы там просто совокуплялись. Они же...