***

Тиль потянулась так, что в спине пискнуло, сощурилась на пылинки, чинно вальсирующие в столбе солнечного света. Покосилась на смятую подушку, лежащую слева, подумала, да и спихнула её на пол, хихикнув, как институтка. Поводов для особой радости вроде бы не было, да, собственно, радости тоже не было. Зато Арьере переполняло что-то такое и эдакое, которое иначе, чем жажда жизни и не назовёшь - лихое, будоражащее и в то же время очень рассудочное, но совсем нетягостное.

– Проснулись, барышня?
– Айда, по-черепашьи просунувшая голову между приоткрытой дверью и косяком, улыбалась во весь рот. Да что там улыбалась! Служанка просто-таки светилась, не хуже солнышка.
– Доброго вам утречка.

– И что, утро действительно доброе?
– уточнила Тильда, натягивая простыню до подбородка.

– А то как же!
– ни на миг не усомнилась старуха.
– Уж как я за вас рада, как рада-то! За молодого мастера тожить, но за вас прям сердце поёт?

– Не понимаю, о чём ты, - нахмурилась Арьере.

– Так ни о чём я, - согласилась Айда. Улыбнись она ещё чуточку шире - и щёки бы точно лопнули.
– Что промеж нас хранится, с нами и останется.

Тиль всё-таки не выдержала, рассмеялась.

– И как, я больше не неуберёга?
– спросила, покрывалом утирая выступившие слёзы.

– Да куда там!
– махнула рукой старуха.
– Тепереча-то есть кому вас поберечь. Уж как я Небо молила, как переживательно было. Но недаром ж мамка говорила: «Всё, что ни делается, во благо идёт!» Вам как, завтрак-то сюда принесть или вниз спуститесь? Молодой мастер велел спросить, ждать вас али одному начать кушать?

– Ну раз молодой мастер спросил, тогда точно спущусь, - серьёзно кивнула Тильда.

Видимо, «мастер» решил, что ждать всяких проспавших дело невыгодное и в одиночестве к завтраку приступил. При появлении госпожи Арьере он даже зад от стула оторвать не удосужился, лишь брови приподнял то ли иронично, то ли в знак приветствия - тяжело понять мимику человека, целиком засовывающего в рот немалый такой пирожок.

– В Кадетском корпусе правилам приличий не учили?
– поинтересовалась Тиль, аккуратно расправляя на коленях салфетку.
– Или ты занятия прогулял?

– Есть очень хочется, - не слишком внятно пробубнил Карт, пожав плечами.

– Ну, если хочется, тогда понятно, - согласилась Арьере.
– Будь добр, передай, пожалуйста, кофейник. Вот по чему я в столице скучаю, так это по кофе.

– Твоя кухарка его варить не умеет?

– Понятия не имею. Мужа этот запах раздражает. К тому же, кофе слишком уж колониальный напиток, вульгарный.

– А твои интересы не учитываются?

– А мои интересы при мне же и остаются. Зачем тратить нервы на препирательства с прислугой? Гораздо проще пить чай. Ты когда в столицу возвращаешься? Если сегодня, то коляска в твоём распоряжении, а завтра она мне самой понадобится. Впрочем, можешь взять экипаж, потом его кто-нибудь обратно пригонит.

Нож, которым Карт ветчину резал, замер на мгновение, поймав на лезвие солнечный блик, кольнувший Тиль горячей искоркой.

– Так, значит, всё-таки прощание, а не благодарность, - заключил Крайт спокойно, отправляя в рот кусочек мяса.

– Не поняла, - призналась Арьере.

– Прошлая ночь, - деловито пояснил Карт.
– Это было всё-таки прощанием, а не благодарностью.

– Ты меня сейчас хочешь оскорбить или просто обидеть?
– осведомилась Тиль.

– Ни то, ни другое. А что, если я пожелаю остаться?

– Оставайся, конечно. Это по-прежнему твой дом.

– Но тебе бы хотелось, чтоб я отсюда убрался?

– Просто я думала, что такой длительный отпуск твоя служба не предусматривает.

– Моя служба предусматривает очень многое, - с ледяной любезностью заверил Карт.
– Разреши лишь один вопрос. Личный. Дело не в твоём муже - это я понял. Тогда в ком? В том рыжем колонисте?

– Каком колонисте?
– от удивления Тильда едва кофе не поперхнулась.

– Который рвался тебя на руках от самолёта аж сюда доставить.

– А-а, мастер Доусен, - догадалась Арьере, начисто забывшая о существовании конюха.
– Нет, он тут совершенно ни при чём.

– Как печально для него, - без тени печали заключил Крайт.
– Тогда в ком же?

– В тебе, во мне, - неторопливо ответила Тильда, тщательно размазывая джем по тосту. Всем же известно, этот процесс требует особой сосредоточенности.
– В моём супруге. Я всё ещё замужем, если ты подзабыл. В том, как жить дальше.

– И с кем?

– И с кем, - согласилась Тиль.
– А ещё дело в том, чего мы хотим.