Сначала вернулись на Железнодорожную улицу. Решили маленько попотрошить трупики, раз уж такой удачный случай выпал.

Лесопосадки почернели. Листва походила на мокрые грязные тряпки болтающиеся на ветвях. Трава, засыпанная снегом, выжила и теперь выглядывала кое-где зелёным из под белого. На тающем снегу вяло копошились твари. Те, которые остались живыми от расстрела. Видимо перезагрузка солнца плохо отразилась на их здоровье, - еле-еле шевелились, бедолаги.

Бригада вытащила новые, блестящие тесаки и порубила головы всем зараженным, которые определились зрением Бабки, как живые. Потом приступили к уборке урожая.

И вот тут ждал сюрприз.

Содержание грибных затылочных наростов сваливали в Пашкины термосы, не разгребая рыхлую массу паутины. А вот содержимое долек самого здорового зелёного элитника Шило перебрал на скорую руку.

Каждый сосредоточенно занимался работой, таская горсти грибной паутины в общий котёл. Все, склонившись, резали трупы, когда Шило заорал. Просто заорал.

– А-а-а!

Он стоял на горе элиты, тряс над головой кулаками и орал.

– А-а-а!

Все повыхватывали пистолеты и заняли круговую оборону.

– Что?! Шило, что случилось?!

Тот престал орать, спрыгнул с туши и протянул открытую ладонь.

– Смотрите, любимцы фортуны! Чтоб я сдох, бля!!

На ладошке красовалась белая жемчужина.

Тут заорали все, даже спокойный Короткий. Бабка обнимала Шило и чмокала его в щёки.

Когда немного успокоились, обговорили этот факт и решили никому не открывать тайну. То, что в крупных элитниках тоже бывают "белые".

Рубили до шести вечера. По часам. А по солнцу, так только-только наступил полдень. Набрали одну полную двенадцатилитровую ёмкость и немного не полную вторую.

Закончив, залезли в машину, уставшие, но крайне довольные и без причины улыбающиеся. Поехали забрать прицеп.

Пока Короткий прицеплял маленькую неваляшку, Шило побежал к дохлой кошко-собаке, распотрошил её споровик и не найдя белого жемчуга прямо расстроился.

Все ржали и подшучивали над его огорчением.

– Теперь Шило на чёрные и красные смотреть не хочет, - шутил Короткий.

– Теперь он даже зелёные будет отбрасывать как мусор, - добавляла Бабка и закатывалась детским колокольчиковым смехом.

До администрации добрались без приключений.

Нашли ризограф и всё что к нему должно прилагаться. Аккуратно завернули в несколько плащ-палаток, потом в авто-чехол, поставили стоймя в прицеп и тщательно примотали стропами и бельевыми верёвками.

И совсем уже собрались ехать, но Пашка попросил.

– Давайте съездим в частный сектор, посмотрим - чего это там твари кучковались в одном месте. Может, есть кто живой.

И поехали. Бабка в округе ничего опасного не видела. Настроение хорошее. До вечера времени теперь полно. А чего и не съездить?

Решили просто прокатиться по улице Мира, а вернуться по улице Ленина.

Когда по Мира проезжали мимо улицы Некрасова, на ней увидели несколько трупов тварей с явно огнестрельными ранениями. Осторожно повернули направо. Недалеко от перекрёстка стоящий дом, был серьёзно обработан какой-то мощной тварью. Может быть даже тем же самым зелёным двадцатитонным элитником. Все постройки вокруг, и даже во дворе дома, остались целыми, но вот само жильё снесли почти до фундамента. Страшный царапины на частях поваленной кирпичной стены тоже ясно указывали на виновника разгрома.

– Пойду посмотрю, - сказал Пашка и взял карабин.

– Погоди. Дай я.
– Остановил его Короткий. И не взяв ничего, с одним пистолетом в кобуре направился к развалинам.

Около остатков ограды он исчез. Вот шел себе человек спокойно и бац - никого нет.

– Дар использует, - подсказала Бабка. Хоть все и так поняли, что к чему.

Минуты через три тишины из руин послышались голоса. А ещё через минуту, Короткий выволок откуда-то, из-за уцелевшего куска внутренней перегородки женщину. Перекинув её руку себе через плечо и поддерживая бедолагу за талию, он осторожно вёл её к машине.

– Да что же это нам на баб-то всё везёт!
– Всплеснула руками Бабка.
– Нет, я точно женский монастырь организую!

– А меня туда - главным!
– Потёр в предвкушении руки Шило.
– Уж я...

– Я всё Беде расскажу, - хмыкнул Пашка.

Шило на полуслове захлопнул рот, так, что зубы клацнули.

Скорый выскочил из багги, перекинул велосипед в багажник и помог Короткому посадить женщину на Машкино место.

Та была сильно исхудавшей и не по возрасту седой.