Надо соглашаться, а на воле видно будет. Соскочить с одного поезда с этой командой, если она вдруг разонравится, он всегда успеет. Как стало понятно из витиеватых наставлений Коли Вятского, по большому счету — это он им нужен, а не они — ему. Когда обрастет связями и знакомствами, он и один сумеет провернуть какое-либо одно, другое, третье доходное дельце. А пока надо поддакивать своему зоновскому покровителю.

В Кирове, по указанному адресочку, Мирчу ждали. Видимо, помимо малявы, врученной посланнику, Коля Вятский еще одну ксиву (письмо в нелегальной переписке уголовников. — Авт.) отправил еще с кем-то, и она пришла раньше.

Через пару дней, приодевшись в подходящий образу наряд, Джозеф-Мирча появился в магазине «Наше наследие». Он был в халате цвета кофе с молоком, расшитом парчой, и в красной феске с кисточкой. Как потом показали потерпевшие и свидетели, злоумышленник был одет странно, похоже, по-восточному. Конкретно Софья Львовна показала: сам ростика небольшого — метр с кепкой, а вот глазищи огромные такие, черные, прямо насквозь прожигают. С ним еще был охранник: бычок под два метра, с квадратной челюстью и толстой шеей. Приехал Целитель на темной «Ниве», за рулем которой был водитель.

— Что вам угодно? — вежливо поинтересовалась директриса антикварного магазина, выйдя в торговый зал. Обычно она сама обслуживала наиболее состоятельных клиентов. А этот по всем параметрам тянул именно на такого: иностранец, одет с иголочки и ткань не из дешевых. Уж в этом она, как женщина, знала толк.

Посетитель, араб или турок, посмотрел на нее так пронзительно и жгуче, что у Софьи Львовны перехватило дыхание: ах, какой мужчина — уж точно — мал золотник, да дорог.

— Мое почтение, мадам, — произнес золотник.

— Здравствуйте. — Софья Львовна с трудом совладала с внутренним огнем, потому вместо того, чтобы бросаться в страстные объятия горячего незнакомца, излишне сухо спросила: — Что вам угодно? Ваза приглянулась?

— Вас головные боли мучают, — вместо ответа произнес тот очень уверенно, и каждое слово он выговаривал с каким-то странным акцентом. — Виски ломит, затылок…

— Как вы догадались? — наиграно удивилась Софья Львовна, которую и в самом деле уже больше часа одолевал приступ мигрени, а привычные таблетки куда-то запропастились.

— Это не догадка. Это — диагноз. Сегодня сильные магнитные бури, смена погоды. А все мы связаны с Космосом, и он влияет на нас, посылая потоки хорошей и плохой энергии, — странный посетитель говорил приятным, воркующим голосом. — Но наша беда заключается в том, что большинство людей не в состоянии координировать эти потоки. Вот и ваша мигрень имеет такое же, энергетическое, происхождение. Если хотите, я быстро уберу головную боль и потом на месяц вы откажетесь от своих таблеток.

— Правда?

— Вы сомневаетесь? Тогда надо попробовать…

— А сколько это будет стоить?

— Для вас — ни цента. Для вас Джозеф, тибетский целитель, будет работать бесплатно.

— Ой, за что же мне такая честь?

— Вы — красивая женщина. Потом, вы — первый, но надеюсь не последний мой клиент в новом для меня городе. В Киров я приехал вчера, поездом из Москвы. Там был большой симпозиум целителей и медиумов, в котором я принимал участие. Вы разве не слышали?

— Нет, — извиняющимся тоном произнесла Софья Львовна. — Я не очень интересуюсь этими проблемами.

— Об этом в газетах писали, по телевидению сообщали. — Мирча врал, но делал это очень убедительно, и это подкупало.

Не прошло и пяти минут, как директриса «Нашего наследия» уже сидела с закрытыми глазами на стуле в своем кабинете, а Джозеф сновал вокруг, выписывая руками замысловатые пассы. И этот его сеанс был непродолжительным, но эффективным. Головная боль у женщины и в самом деле прошла, а мужчина был столь обворожителен, что получил приглашение вечером домой, на чашечку кофе. Напиток будет варить он, по-турецки, а потом еще, по-тибетски, поправит мужу спину. Только на этот раз, возможно, возьмет плату, но небольшую, чисто символическую.

Из оперативной информации:

Неизвестный, разыскиваемый за преступления, совершенные в Кирове и Санкт-Петербурге, имеет рост 150–160 см, носит обувь на высоком каблуке, худощавого телосложения. Лицо смуглое, вытянутое, с выраженными чертами арабского типа. Глаза черные, нос крупный, с горбинкой. Волосы черные, волнистые, спадающие до плеч. По-русски Марокканец говорит хорошо, но медленно, с акцентом…

Как Мирча Кодряну приобрел дар снимать головную и зубную боль? Этого он и сам толком не знал. Считал, что передалось по наследству от матери отца, которого она надолго пережила, ютясь одна в старом доме, наотрез отказавшись переезжать в новую квартиру. И в родных Бендерах все знакомые женщины, да и мужчины тоже, звали ее не иначе, как ведьмой. Однако обращались к ней часто и со своими проблемам, и с проблемами детей.