Вот и Витус пришел к аналогичному выводу относительно Перстня. И если продолжить сравнение с часами, то как Петер Генлайн сумел бы разобраться, как завести исправные часы, так и Витус сумел зарядить разряженный Перстень, приведя его в боевое состояние. Разобравшись с назначением могущественного артефакта, попавшего к нему в руки, Витус, кто бы сомневался, загорелся страстным желанием испытать его по-взрослому. А для этого был только один путь - одеть Перстень и пройти через хорошо сконструированное и, соответственно - хорошо заряженное охранное плетение. Однако, проводить испытание на себе любимом он не собирался. Когда человеку живется хорошо, или, по крайней мере - неплохо, он к развлечениям, связанным с реальным риском для жизни, не склонен. Если он, конечно, не адреналиновый наркоман, а Витус наркоманом не был. И тут такой случай!
– удача сама шла к нему в руки.

– Так вот, - продолжил Витус, - я сейчас за него возьмусь, к ночи будет готов... я думаю. Можно будет попробовать.
– На самом деле Перстень был исправен и заряжен под самую горловину бензобака, а маг собирался за оставшееся время подготовить еще один артефакт с совершенно другим функционалом, но Гистасу знать, с каким именно, не полагалось.
– Но...
– маг внимательно взглянул на Змея, - без гарантии. Сам понимаешь - это будет испытание артефакта. Так что, если твой человек сгорит, - маг развел руками, - без обид.

– Какие обиды?
– усмехнулся Гистас.
– Некому обижаться будет. Я сам пойду.

– Почему?
– Удивился Витус.
– Нет специалистов?
– Гистас только покачал головой, подтверждая, что мол - нету.
– А раньше были...
– с ноткой ностальгии, удивившей его самого, продолжил маг.
– Но, в любом случае, тебе виднее.

... вот и чудесно... меньше будет проблем... если что...

Змей покривил душой. В Сером Цехе нашлась бы пара-тройка профессионалов, способных в одиночку нейтрализовать восемь бездоспешных охранников и четверых горных волкодавов, однако Гистас хотел все сделать сам. Хотел и все! Правда в этом эмоциональном и, на первый взгляд - безрассудном, желании была рациональная составляющая. Эта самая пара-тройка профессионалов именно что - была способна, но с другой стороны, с той же долей вероятности - была не способна. Каждый их них вполне мог не оправдать "оказанное ему, высокое доверие". И что тогда оставалось Гистасу? Наблюдать из-за огненной стены, как гибнет последний шанс на спасение Джулии, не имея ни малейшей возможности повлиять на ход событий? Нет уж - лучше он сам. Если все получится - спасет Джулию. Не получится - ему уже будет все равно. Жалел Змей только о том, что если он не добудет "Пирамиду Света", встретится за последней чертой им не удасться. В том, что девочка уйдет наверх - к Свету, Змей не сомневался ни мгновения, как не сомневался и на свой счет. Никаких иллюзий Гистас не питал, знал, что путь у него один - во Тьму. Однако ничего этого он говорить Витусу, разумеется, не стал. Сказал другое:

– А некому поручить. Да и вообще, хочешь сделать хорошо - делай сам.

– Согласен...
– не раздумывая кивнул маг.
– Да, вот еще, может так получиться, что до Пирамиды ты доберешься, а до Ключа - нет.

– Это как?
– не понял Гистас.

– Ну-у... может он будет спрятан.

– Я найду.

– Не сомневаюсь. Но, возможен, к примеру, такой ход - вторую часть артефакта охрана привозит утром. Возможно такое?

– Теоретически да, - вынужден был согласиться Змей, - но верится слабо.

– Не согласен, в жизни чего только не случается. Всего не предусмотришь. Сам знаешь.
– Со сказанным трудно было поспорить и Гистас согласно покивал, ибо это было правдой, а маг продолжил: - Поэтому, я заодно подумаю, как забрать работающую Пирамиду. Пока она включена, руками ее лучше не трогать. Без рук останешься. - Змей снова покивал.

*****

– Как гласит даосская мудрость: если по дороге к храму тебя сожрал тигр, значит это был не твой путь!
– с важным видом объявил Шэф, делая глоток кофе из маленькой серебряной чашки. Комплект: чашечка, блюдечко и ложечка из благородного металла был очень красив - настоящее произведение искусства, но пить горячее из нее было неудобно - из-за высокой теплопроводности серебра шедевр чувствительно обжигал пальцы, однако трудности командора никогда не пугали, что подтверждал его любимый тезис: "Полярник жара не боится!"

– А если не сожрал?
– заинтересованно осведомился старший помощник, щедро накладывая гусиный паштет на кусок булки с маслом.

– Твой!

– Точно!
– обрадовался Денис.
– Я тоже читал про это у Конфуция в описании царств Жун и Мань. Там еще продолжение есть: лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным!

– Сечешь!
– с интонацией Вадима Галыгина похвалил его командор.

Компаньоны после очередной ночи, насыщенной всякими нехорошими излишествами, расположились вдвоем за огромным столом на квартердеке "Арлекина". Нехорошие излишества - это мягкий эвфемизм, а если рассматривать их действия с точки зрения бдительных старушек, оккупирующих лавочки перед подъездами многоквартирных домов, и при этом называть вещи своими именами, то это были самые настоящие сексуальные извращения, бледной тенью которых являются терабайты порнухи в Интернете.

С другой стороны, современная сексология либерально полагает, - то, что доставляет удовольствие обоим партнерам и делается по взаимному согласию, извращением не является. Единственным скользким моментом в данной ситуации было то, что партнеров было существенно больше двух, но так как довольны были все, то на это можно было не обращать внимания.

С третьей, феминистской, стороны может последовать резонное возражение: а откуда известно, что довольны все!? То, что весь этот плавучий бордель, вне всякого сомнения, был по душе этим двум козлам - Шэфу и Денису - это и козе понятно, а из чего следует, что бедные девочки из группы поддержки тоже были довольны!? А!!!??? Однако и здесь все просто и прозрачно. На этот каверзный вопрос существует честный ответ - не были бы довольны, не возвращались бы каждый вечер, снова и снова, на "Арлекин" - силком никто никого не тянул. Это, как с Windows: используешь - значит принял лицензионное соглашение. А читал ты его, или нет - твои проблемы.

Пригревало ласковое, еще не обретшее дневную ярость, солнышко, голубели небеса, белели немногочисленные облака, синело море, мягкими порывами налетал теплый, ласковый ветерок, Шэф и Денис были выжаты насухо - как песок в пустыне Сахара и насколько выжаты, настолько и умиротворены - жизнь была прекрасна. Или же притворялась таковой.

В общении с любой девушкой существуют два приятных момента. Первый - когда она приходит, второй - когда уходит. Как бы ни была прекрасна, любима и желанна женщина - время от времени от нее требуется отдых. Особенно, если их много. Компаньонам в этом плане повезло - бакарские прелестницы, которые осчастливили их своим вниманием, владели высоким искусством оказываться рядом, когда были нужны, и как по волшебству куда-то исчезать, когда требовался антракт.