– Ещё как!
– с жаром ответила Катрин.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга в упор, затем матушка с расстановкой произнесла:

– Тогда я надеюсь, что ты учтёшь это на будущее.

Катрин улыбнулась, пробормотала "Спасибо за урок" и зашагала в сторону дома по утоптанной братьями Смит тропинке. Матушка вернулась в хижину.

– Скверно, что у неё пока нет практики, - подытожила она всю беседу.

Нянюшка только махнула рукой и усмехнулась.

– Практика, Эсме, никуда от неё не денется. Поговаривают, что юная Рамона Смит вот-вот родит первенца, и я готова поставить пинту пива на то, кто будет принимать роды.

***

В воздухе пахло ранней весной и свежим деревом, из широких окон был виден бледно-жёлтый ранний месяц. Весело потрескивали дрова в камине, над которым был накрепко пришпилен лист пергамента, испещрённый именами и линиями. С кресла-качалки встала невысокая стройная фигура, подошла к камину и протянула руки к огню. Яркое пламя отражалось в голубых глазах и поблёскивало искорками в русых волосах, выдавая раннюю седину. Фигура пару минут постояла у огня и вернулась обратно в кресло. Армейские ботинки, чёрное платье, воротник-стойка - всё выдавало не слишком консервативную ведьму. Стояла тишина, только старые часы мерно отсчитывали секунды. В аккуратно убранной комнате сидела молодая, но уже вполне самостоятельная ведьма Катрин Ветровоск, ожидая своего первого посетителя