— Когда сидящий в клетке зверь оказывается свободным, он спешит скрыться за горизонтом, возвращаясь в свой дом. Его зовет его суть, единая со всем живым вокруг. Но если его сердце отравлено местью, он не принесет миру ничего, кроме страдания. Такой зверь должен остаться в своей клетке. Отойдите подальше, — Горальд перевел взгляд на распахивающуюся дверь и магов, ворвавшихся внутрь крепости с воинственными криками. На их лицах появилось замешательство, когда они заметили перед ненавистными церковниками одного из своих.

Горальд позвал камень с такой силой, с которой никогда раньше не звал. Сверху раздался треск, и часть крыши прямо над головами магов вскрылась кровоточащими небом ранами. Обломки тяжелого камня понеслись вниз, грозя погрести под собой всех, кто окажется не достаточно проворным.

Огненные и воздушные маги как один выступили вперед, встретив поток камней ветром и пламенем. Большую часть обломков отбросило в сторону Горальда, отдавшего все силы, чтобы остановить камни и не дать им угодить в ощетинившихся за его спиной мальчишек. Отвлеченный происходящим внизу, мужчина не заметил балки, оторвавшуюся от конструкции крыши и падающую прямо на него.

Лежа на полу, он видел расплывающиеся лица магов, ринувшихся в атаку. Теперь Горальд точно знал, он рад, что не нашел среди освободившихся отступников Фьорда, своего мятежного сына, всегда ненавидевшего церковников. Мужчине хотелось верить, что глаза его мальчика не ослеплены вседозволенностью и жаждой расплаты. Но как мала была вероятность того, что Фьорд не стоит в рядах бунтующих магов, идущих за головами лишившихся своих сил церковников!

Далекое небо синим глазом наблюдало сквозь пролом в крыше за разворачивающимся восстанием. В этом глазу появились три соринки, стремительно увеличивающиеся и превращающиеся в силуэты, спустившиеся на усеянный обломками пол крепости. Сквозь боль, Горальд смотрел на спины неизвестных, вставших тремя скалами на пути неспокойных ветров мщения.

— Ни шагу дальше! — руки Фьорда покрыло плотное пламя, играющее больше психологическую роль, чем несущее реальную угрозу. Не знаю, что возымело больший эффект: огонь Фьорда и лук Люфира, или же наше «падение» с небес.

Я с беспокойством посмотрела на лучника, занявшего позицию справа от меня. Он смог подняться на ноги спустя сутки, и выглядел, мягко говоря, плохо. Но, несмотря на это, он потребовал выдвинуться к Колодцам в тот же день. Нам крупно повезло, что мы с Фьордом не смогли переубедить его. Задержись мы еще ненадолго, и застали бы только последствия еще одного сражения.

— Эй-эй, спокойнее, — вперед застывшей оравы укротителей стихий, одетых в потрепанные робы, вышел золотоволосый юноша, с широкой улыбкой и смеющимися глазами. — Мы такие же маги, как и вы, между нами нет вражды. Но ваше появление было несколько неожиданным. Могу я и мои друзья узнать, кто вы и что здесь делаете?

— Мы посланы Командором Ордена Смиренных отстранить церковников от их службы в Колодцах и выполнить распоряжение об освобождении всех магов, удерживаемых здесь, — отчеканил Фьорд.

— Ну, как вы можете видеть, мы произвели самоосвобождение и без вмешательства Ордена. И теперь спешим избавить достопочтимых церковников от их тяжкого бремени надзирателей, — иронично произнес маг, указывая взглядом за наши спины, где расположились церковники, все, как на подбор, молодые и явно не обрадованные происходящим.

— Что это значит? — я повернулась к говорившему юноше. — Назови свое имя.

— О, все зовут меня Драйго и я хочу попросить магов Ордена отойти в сторону и не мешать вершиться справедливости.

— Справедливости?! Что ты называешь справедливостью? Со стороны все это похоже на начинающуюся драку, — я пыталась подсчитать, сколько же за спиной Драйго магов, но сбилась на пятом десятке, охватив только около половины. Странно, разве их не должно быть в разы больше? Где же остальные? Но даже с таким числом они представляют серьезную угрозу, если нам не удастся договориться.

Единственным утешением было то, что теперь Люфир точно не собирался стрелять — это только спровоцирует остальных, а их слишком много, чтобы он успел убрать всех до того, как те атакуют.

— Драку? — Драйго громко рассмеялся, и его поддержала большая часть магов. — О какой драке идет речь? Нас больше, чем их, к тому же, со смертью Всевидящей Матери их силы уменьшились в разы. Никакой драки не будет, могу тебя заверить. А теперь отойдите. Все мы хотим быстрее вернуться домой, так что давайте закончим с этим поскорее.

— Вас никто не задерживает. Возвращайтесь к своим семьям, — я слышала обеспокоенные перешептывания церковников, благоразумно решивших не вмешиваться в переговоры.