– Из двух зол, я предпочел бы даже стены Мории, – с сомнением ответил я. – Там полно пещер, в которых можно отсидеться в относительной безопасности. А тут… Не забывайте, что сюда мы попали по милости Попрыгуна. Кто знает, от чего гибнет этот мир? Тут и без Попрыгуна масса сюрпризов может произойти с одиноким путником.

– Чего можно опасаться конкретно в этом месте Средиземья? – настойчиво осведомился Кевин. Сквозь темные стекла очков, которые он не снял даже в сгущающихся сумерках, проступили две яркие оранжевые точки.

– Да мало ли… – пожал я плечами. – Волколаков, например. Я видел одного или двух в прошлый раз. Неприятные твари. Орки могут шастать, хотя я ни одного не видел здесь. Ну, и гномы тоже не подарочек, но с этим нам предстоит разобраться внутри Мории. Да и вообще, ту может оказаться кто угодно, разбойники, гондорцы, странствующие маги… У нас здесь нет друзей и доверять тутошним обитателям я бы не советовал.

– Тогда остаемся тут, – решил Кевин. – Дежурить будем по двое, как в прошлый раз…

– Нас же пятеро, – напомнил Кристиан.

– Предлагаю дежурить только мужчинам, – высказался я, но Соня решительно покачала головой.

– Я вам не девочка с косичками и вполне способна постоять и за себя, и за вас.

– Можем кинуть жребий, – с тайной надеждой предложил Борегар, полагая, что один шанс из пяти продрыхнуть всю ночь весьма неплохо, но Кевин хмуро покачал головой.

– Первыми будут дежурить Борегар и Кристиан, потом я, последними Артем и Соня. А пока давайте соберем хвороста для костра.

Возражать явно раздраженному и злому Кевину никто не стал, хотя Борегара явно не прельщала перспектива первому заступать на вахту. В сгущавшихся сумерках найти сухие сучья было тяжело. У берега реки росло ничтожно малое количество деревьев. Но нам повезло. Кевин, удалившийся довольно далеко от стоянки, скоро приволок обломанное у корней сухое деревцо. Соня извлекла из своего арсенала топорик, коим мы и порубили суковатый ствол, и, наконец, улеглись спать.

Я проснулся от кошмара задолго до своей вахты. Мне снова приснилась Лючия, но на этот раз она, свирепая, как Валькирия, рубила Сониным топориком тело Беаты. Голова старушки тряслась на тоненькой ниточке и подмигивала мне страшным залитым кровью глазом. Я закричал и проснулся.

Вокруг было тихо, стало быть, кричал я во мне. Соня свернулась внутри своего спального мешка и посапывала. Рядом, вытянув ноги к тлеющему костерку, спал Кристиан. Борегара с обеих сторон подпирали его псы, недовольно покосившиеся на меня, когда я вставал. Кевин сидел на обрубленном со всех сторон стволе дерева. Я отошел в сторону по малой нужде, а потом направился к нему, потирая озябшие плечи.

– Чего не спишь? – негромко спросил Кевин, не оборачиваясь. – До твоей вахты еще час.

– Да что-то не спится, – пожал я плечами и уселся рядом. – Если хочешь, ложись, я подежурю.

– Не стоит, – усмехнулся Кевин. – Не нужно быть благородным сверх меры, Артем. Я ведь толком не поблагодарил тебя за свое спасение?

– Скажи «спасибо», и мы будем в расчете, – хмуро сказал я.

– Нет. Не будем. И ты это прекрасно знаешь. Ты один не бросил меня на Авалоне, хотя мог уйти как Соня, Кристиан или этот… – Кевин презрительно покосился на спящего Борегара. – А ты остался.

Я не ответил. Собственно, сказать мне было нечего. Неловкая пауза затягивалась. Мы сидели и смотрели на темную воду, в которой весело блестели лунные блики. Тихое журчание успокаивало мои истрепанные нервы. В воздухе зудели комары и мошки, потревоженные дымом нашего костра, по счастью, защищавшего нас от их укусов.

– Давно хотел с тобой поговорить, – негромко сказал Кевин, – да все как-то случая не предоставлялось. Тебе ничего не кажется странным в нашем путешествии?

– Ты о чем? – спросил я.

– Да я все о том же. Императоры обвиняли в произошедшем Беату. А мне кажется, что она тут совершенно не при чем.

– Я никогда не думал, что в связке с Попрыгуном работала Беата, – горячо ответил я. Кевин кивнул.

– Беата никогда на такое бы не пошла, я слишком хорошо ее знал. Но есть тот, кто не остановился бы ни перед чем, чтобы стать могущественнее.

– Ты о ком? – не понял я.

– Разве непонятно? – удивился Кевин. – Я говорю о Борегаре.

Я рассмеялся.

– Кевин, я понимаю, что ты его терпеть не можешь, но возводить напраслину на него зачем? Борегар не имеет к Попрыгуну никакого отношения.

– А с чего ты взял? – парировал Кевин. – Назови хотя бы пару причин, почему это не он?

– Да хотя бы потому, что он не может вести за собой, – ответил я. – Вот одна из таких причин. И потом, именно Борегар может его чувствовать, его наделили такими способностями Императоры.