Тут же агенты министра, что находились вместе с остальными людьми в толпе, первыми заголосили со всех сторон площади: «Есть! Министр принял наше прошение! Согласился!!! У нас теперь есть защитник против чудачеств провинциальных корольков и их банд. У нас есть Защитник!!!»

Толпа, «поддожённая» со всех сторон радостными криками и хорошо отрепетированными «искренними эмоциями» агентов министра Дезидерия, ликовала: люди обнимались и целовались, пели, скандировали как безумные «Защитник, защитник!!!» — некоторые из торговцев винами, стоя прямо в толпе — призывали всех желающих к себе в лавки и обещали выкатить все бочки, бывшие там и на складах, в честь столь радостного и счастливого события сегодняшнего дня.

Агенты Дезидерия, возле дворца — уже выпускали, для очередных пламенных проповедей, наиболее отличившихся за последние дни жрецов, уличных риторов, которые должны были подстерегать возвращающихся массово людей на площадях и улицах во всех частях города, и поддерживать в них эйфорию всё новыми речами в поддержку «Защитника», как прозвали министра в народе, и против его главных оппонентов: злых и возможно сумасшедших, как и их отец Хад, наследников престола.

— Не дадим семени «запертого убивцы» — править нами!!! — заголосили на окраинах толпы какие то визгливые женщины, ранее обсуждавшие с благообраными стариками и бабушками, тоже выступавшими за Дезидерия, о том: кто является отцом нынешних кандидатов в императоры и не будет ли у всех имперцев куча проблем, с полученной четвёркой вице-королей наследственностью, как сыновей непотребной памяти Хада — именем которого до сих пор пугали детей, если те не желали спать.

— Ура!!! — вопил во всю глотку Атаульф и толкал в Бок Жака.

— Ура-а-а!!! — отвечал ему Жак и легонько, дружески, толкал в плечо Атаульфа.

А на площади, прямо перед императорским дворцом, шло всеобщее братание и нескончаемый праздник радости: наконец то простецы и знать столицы получили Защитника, не временного, а постоянного и законного, который избавит их от произвола, непонятных столичным жителям, обитателей имперской окраины — что вместе со своими кандидатами на имперский престол просто заполонили город и совершенно изменили прежний уклад жизни в нём, и то довольное, сытое спокойствие, что ранее всегда отличало столицу империи.

По городу начали скакать герольды и всюду объявлять о новом указе «престолодержателя» и назначении им, скромно умалчивалось что самого себя, министра Дезидерия: бессрочным главным министром империи.

Если в замке Уммландского вице-короля Лиутпранда, благодаря прибывшему с докладом канцеляристу Аргуину, уже знали о произошедшем нежданном изменении во властной иерархии империи и вовсю готовились помешать этому уже здесь и сейчас — сразу жёстко дав по рукам зарвавшемуся министру, то остальные из наследников и их слуги, нередко получали данные важные сведения от проскакавших мимо их особняков, посланных министром, герольдов и их громогласных объявлений. После которых, переодетые «местными», агенты вице королей — мчались во всю прыть по городу к императорскому дворцу и там, к немалому своему ужасу, узнавали что всё это правда и теперь в империи есть «бессрочный главный имперский министр».

Наследник из Кельрики Амвросий, в своей Храмине, последними словами проклинал Великого инквизитора Корсо и требовал у него объяснения: как агентура и осведомители мощнейшей организации, которой являлся трибунал имперской инквизиции — могли не заметить подобной подлости министра Дезидерия и не оказать ему противодействия в этом начинании.

Оказалось, что Корсо было известно уже как дней пять о желании горожан идти с «обращением-прошением» к министру Дезидерию.

Однако никто из числа старших инквизиторов аналитиков не верил, что: во первых — простые люди смогут сами организоваться и перейти от слов — к делу, ибо сие было просто невероятным для говорливых, но пугливых и бездеятельных простецов и второе — что сам главный имперский министр Дезидерий радостно примет подобное, попахивающее государственной изменой, «предложение» толпы и вместо того что бы сразу арестовать делегатов и зачинщиков, немедля, с немалым удовольствием подпишет тут же составленный, непонятно какой легитимности, указ и объявит об этом всей столице и видимо империи…

Всё это казалось Корсо совершенно «Немыслимой Авантюрой» и он хотел узнать, при личной встрече с министром, что же задумал Дезидерий и не является ли это хитрой игрой остальных наследников, кандидатов на трон.

Пока же инквизиторы получили приказ обнаружить зачинщиков данного «хождения к министру» и найти на них какую компрометирующую информацию: особенно, кто с ними из дворца, из людей Дезидерия, контактировал и есть ли какие порочащие их факты, для возможного скорого ареста и допроса на дыбе и получения новых материалов для полноценного расследования.

Резких движений и выступлений Корсо советовал Амвросию не делать, считая что пока ничего неизвестно и рано принимать радикальные меры: следует отправить приказ верным войскам — выдвигаться скорее из Кельрики к столице, и уже здесь, с помощью преданных отрядов, по возможности «быстро и тихо» — разобраться с обнаглевшим министром. Который вначале самолично крадёт «поход на еретиков» у наследников своего правителя, а потом — сам же себя назначает «бессрочным главным министром державы»…

Ромлеянский принц Джанелло вначале ничего не понял, из сбивчивых рассказов заламывавшего руки Алавии, о том что же происходит в городе.

Потом деловито осведомился не арестуют ли их самих и узнав что вряд ли — махнул на всё рукой: он схватил двух служанок и задрав им юбки, шлёпнул по голым ягодицам выбранных женщин, расхохотался демонически и потащил дев прелестниц на огромную кровать, под визги самих дам и невнятное бормотание «Всё пропало…», своего первого министра.

В «Берлоге» Гарданского наследника Борелла, после получения сведений о новом назначении Дезидерия самим себя «бессрочным главным министром» — тут же созвали совещание: сам наследник был сильно пьян и лишь постоянно громко отрыгивал, в углу комнаты. Его жена и тесть вовсю орали на свою агентуру в столице, но люди лишь разводили руками: такого не ожидал никто! Да, были волнения. Да — горожане говорили о противостоянии людям наследников, однако что так внезапно соберутся и выбрав делегатов из важных достойных людей города отправят столь дерзкое прошение, а министр, совершенно случайно будет иметь под подушкой уже написанный указ, который останется лишь завизировать? — совершенно необъяснимый факт!