– Мне Москва не очень нравится. В этом плане Питер ближе - мы практику там месяц проходили (ну как проходили? Неофициально скорее это можно назвать экскурсией за счёт универа), и, в общем, теперь планирую перебраться туда после окончания.

– Как у вас со стипендией? Много платят?

– Около четырёх, но у меня повышенная, так что не жалуюсь.

– У меня тоже повышенная. Не подрабатываешь нигде?

– Когда? Было б время. Да и денег так-то в принципе хватает. За общагу, за питание родители платят, а на расходы мне много не надо.

– Ну, не знаю. Мне стипендии не хватает. То шмотки нужны, то косметика. Куда-то сходить, опять же, иногда хочется. Я по выходным в кол-центре работаю.

– Не изматывает?

– Да привыкла. Там напрягаться не надо. Сидишь и, по большому счёту, личными делами занимаешься.

– Кир, а как у тебя? Ты ведь тут в городе учишься, если не путаю?

– Не путаешь.

– И как?

– Да институт как институт, ничего особенного. Такие же, как и везде, преподаватели, такие же, как и везде, студенты.

– У меня знакомая просто учится у вас на психологическом, говорит, что мечтала о такой учёбе: преподов можно купить, на парах не появляться, так как бессмысленно - знаний никаких не дают, сессия проходит халявно. Ну, она и поступала-то в принципе ради корки, не ради образования.

– Да, я тоже о таком наслышана. Может, сюда переведёмся?

– Нет уж, меня моё бюджетное место устраивает. Не для этого я столько по репетиторам ходила, чтоб впоследствии ещё платить за диплом. Спасибо.

На этой ноте я тактично оставила этих двоих наедине. Им было, о чём поговорить.

– Кир, подойти к нам, - окликнула меня классная руководительница, учительница русского и литературы. Что стало с ней? Сразу же после нашего выпуска она отпраздновала двадцатисемилетие, вышла замуж, прошлым летом родила ребёнка, набрала в весе, отрезала волосы. Всё по стандарту.
– Ну как ты? Со всеми за это время мало-помалу виделась, одна ты у нас как в лето канула. Ничего о тебе не слышно. Всё хорошо? Как учёба?

– Неплохо, - отрезала я, подойдя к парте, где собралось человек шесть - семь в центре с классной.
– Поздравляю вас с изменениями в жизни.

Говорить мне было нечего, но говорить что-то надо было.

– Спасибо. Изменения изменениями, а по школьной жизни временами скучаю. Вернуться скорее хочется. Ты у нас на социологическом ведь?

– Да.

– Что-нибудь пишешь? Не бросила?

– Нет, иногда для себя пишу.

– Ну и молодец. Не переживай, что так вышло. Я тоже в семнадцать лет мечтала быть хореографом, а в результате стала учителем. Всё, что ни делается, к лучшему.

Развивать эту тему мне не хотелось.

– Ксения Александровна, а вы про Мишу слышали?
– вмешалась в диалог любимица нашей классной.

– Про Захарова?

– Ну да.

– Слышала, тут вся школа на ушах стояла. До сих пор в голове не укладывается.

– А что с ним?
– спросил один из парней.

– Как что? Он же в армии, - ответила Ксения.
– Один из лучших в городе сдал ЕГЭ, поступил в сильнейший мединститут, а учиться не смог. Отчислили.

– Ну это я давно знаю. Только разве он не по своему желанию ушёл?

– Родственники его, да и он сам, конечно, говорят, что по своему, но у меня есть информация непосредственно из вуза.

– Связи, Ксения Александровна?
– хихикнул забытый голос.

– А как же без этого?

– А что с Кириллом? Никто с ним не общается?

– Пару месяцев назад списывались. На вопрос: "Как жизнь?" ответил: "Всё чётко". Да а что ему? Военно-морской флот. Элита.

– Не прибедняйся, - хмыкнул женский голос.
– Сам будто не элита? Студент Финансового института при правительстве РФ. Кстати, чего не хвалишься, что проходил практику в Госдуме?

– Кристюх, столько не виделись, а ты не меняешься: язык, как помело.

– Коль, правда в Госдуме?!
– изумилась классная.

– Да, но рассказывать нечего. Никакими серьёзными делами мы, понятное дело, не занимались. Так, больше наблюдали за происходящим, проникались атмосферой закрытых дверей.

– А этого разве мало? Нашему брату Госдума и во сне не приснится, а у тебя уже представление какое-то имеется. Не хочешь в политику податься после окончания?

– В политику? Нет, это не моё. Я думаю дело какое-нибудь открыть, тем более родители решили перебраться ближе ко мне. Отец уже совместные планы строит на будущее.