На следующий день была суббота - выходной перед оргазм-шоу. Я проверял почту каждые пятнадцать минут. Надежда сменялась отчаянием, иногда я заставлял себя пропустить проверку, чтобы через десять минут кинуться к компьютеру и начать проверять всё подряд, включая спам. Ближе к вечеру я успокоился и даже выключил компьютер. По телевизору шёл «КВН», Картункова переоделась в мужика, изменяющего любовнице с женой. Она жгла не по-детски, а мне было не смешно. Я представил себя женщиной, как я доверяюсь мужчине, как он пользуется мною и параллельно трахается с другими такими же дурочками.

Неожиданно раздался звонок. Это была Оля - девушка, с которой я иногда встречался:

– Знаешь, Витя, - словно извиняясь, начала она.
– Ты, наверное, и сам заметил, что отношения у нас разладились в последнее время. Ты только, пожалуйста, не обижайся. Понимаешь, мне нравится один мужчина, и я ничего не могу поделать, - она вздохнула.
– Понимаешь? Мне кажется, я люблю его, - Оля взволнованно дышала в трубку, ожидая моей реакции.
– И тебя я тоже люблю, но больше как друга, понимаешь?

– Понимаю.

– Давай останемся друзьями? Ты только не пропадай, звони. Слышишь?

Я вежливо раскланялся и повесил трубку. Никто никому звонить, конечно, не собирался.

Я не злился, не ревновал, не испытывал сожаления. Странное чувство светлой зависти к чужой любви переполняло душу. Я желал Оле счастья, понимая, что обманывал её всё это время, пока мы встречались, что единственная девушка, которую я по-настоящему любил и продолжаю любить, была Аня.

«Всё плохое, что могло случиться, уже случилось», - уныло подумал я.

Словно услышав мои мысли, кто-то сверху распорядился иначе. Опять раздался звонок:

– Витя, можешь подъехать? Нужно поговорить, - голос Родни звучал устало и безапелляционно.

– Конечно, - я тут же подскочил и помчался на встречу.

###

Мы сошлись на нейтральной территории - в ресторане. Родни сразу перешёл к делу:

– Ты хоть представляешь, сколько я денег из-за тебя потерял? Или, ты думаешь, я не знаю, чем ты с Мириам занимался?

Он притворялся. Не мог же этот барсук признать, что девочки выбрали меня, а не его.

– Она не кончала, - промямлил я в ответ.

– Не кончала?
– он перешёл к зловещему шёпоту и стал похож на скунса, готового вот-вот выпустить вонючую струю.
– Она не кончала во время шоу, потому что ты ей запрещал, урод.

– Ничего я ей не запрещал, - обиженно промычал я в ответ, понимая безвыходность ситуации.
– Она сама предложила...

– Да мне пох, чем вы там занимались, - раздражённо перебил Родни.
– Значит так, слушай сюда. Если не хочешь, чтобы завтра твои фотки с членом во рту разлетелись по Рунету, ты должен возместить мне расходы. Двадцать тысяч евро.

Я вылупил на него глаза, как на сумасшедшего. Таких денег у меня отродясь не водилось.

– К-как?

– Андреа хочет тебя, - тон Родни сменился на деловой.
– Сказал, что ты хороший актёр. Поедешь в Италию на месяц. Вот контракт, хочешь - подписывай, не хочешь - завтра же твои родители обо всём узнают.

– А что, так не узнают?
– растерянно пробормотал я.

Родни хитро прищурился, прежде чем ответить с налётом пафоса в голосе:

– Даю тебе честное-пречестное слово: как только отработаешь деньги, можешь валить на все четыре стороны.

Я сидел ошарашенный новой перспективой съёмок в порно, стремительно прокручивая в голове возможные варианты. Личных сбережений у меня не осталось, в последнее время я жил на широкую ногу.

– Родни, я не хочу сниматься в порно, чтоб меня потом на улице узнавали, - хныкая, проблеял я. Это была уже даже не просьба, а чистая мольба.

Он опять прищурился с хитрецой на губах:

– А ты не волнуйся, Витёк. Никто тебя не узнает. Фильм «Зорро» называется, слышал про такой?