В зале, на ковре, среди беспорядка, дергался связанный Гарик. Бандиты прикр у тили его веревкой к стулу и, вместе с ним, опрокинули на пол. Рот несчастного з а лепили куском скотча. Соня с размаху бухнулась на колени, попыталась ногтями ра з вязать тугой узел на его путах. Гарик замычал громче. Девушка опомнилась и сорв а ла наклейку с его губ. Несчастный дернулся и вскрикнул.

– Извини, миленький. Тебе больно? Потерпи. Так надо.
– Залопотала Соня. Она опять принялась за неподатливый узел.

– Нож. Возьми нож на кухне, - прохрипел Гарик.

Соня метнулась на кухню за ножом и освободила молодого человека. Охая, Г а рик поднялся на ноги. Вместо благодарности, он накинулся на спасительницу: "З а чем пришла? Тебя тут только не хватало!" Соня заморгала глазами. Слезы пер е житого за эти дни волнения, пополам с обидой на грубые слова, покатились по ее щ е кам. Гарик схватил ее, прижал к себе, погладил по голове:

– Не надо было тебе приходить, - с болью произнес он, - Ой как плохо теперь.

– Что? Что случилось?
– Не понимала она, истово обнимая любимого.

– Зачем ты пришла? Зачем?
– Словно пьяный, повторял Гарик.

– Что? Кто они?

– А?
– Он оттолкнул от себя девушку, плюхнулся на диван, и, закрыв лицо ладонями, принялся раскачиваться из стороны в сторону.

Соня подошла, села рядом, обняла его за плечи. Гарик, не отрывая ладоней от лица, запинаясь, глухо, стал рассказывать. В прошлый раз, проводив на своей м а шине Соню в общежитие, он возвращался домой. Улицы были пусты, и он чуть д о бавил скорости. По телевизору начинался футбол, и он очень хотел успеть на первый тайм. Откуда вынырнул тот Мерседес, он не заметил. Его "девятка" с ходу разне с ла бочину дорогой иномарки. ДТП кое-как можно было пережить, если бы хозя е вами Мерседеса не оказались бандиты. Не мелочь, какая-то, а из серьезной группировки. Теперь они требуют компенсацию за причиненный ущерб, да не м а лен ь кую. Таких денег у Гарика нет. Его уже поставили на счетчик. А это каждый день о г ромные проценты.

– А если обратиться в милицию?
– с надеждой спросила Соня

– Какая милиция, - горько протянул Гарик, - я зашел в наше отделение, а там п о ловина состава - чуреки. А у них баксы вместо сердца. Посочувствовали мне в отделении и посоветовали поживее расплатиться. Намекнули, чтобы я не думал б е гать от долгов. Явно сами на бандитском прикорме.

– Что же делать?

– Не знаю. Кое-чем тетка бы помогла. Да её нет в городе. У неё поездка планир о валась в Болгарию. Сунулся к ней, а она уже укатила. Не успел её предупредить. Р о дители могли бы кое-чего подбросить, да их ещё нет.

– А позвонить им?

– Куда? В пустыню? В Монголию?

– А занять?

– Побегал, подёргался. У того нет, тот женится. Суки, а не друзья.

– Не все же такие.

– Времени нет. Пока буду бегать, опять заявятся эти мордовороты. Это сег о дня они ласковые были. У нас за углом пивная, так там ошивается Витя Дёрга н ный. Кличка у него теперь такая. Двигается рывками, как будто дергается. Крепкий раньше был малый. Год назад его поставили на счётчик, он не успел расплатит ь ся в срок. Так теперь без костылей он и шагу ступить не может, и дергается как церебральный. Сх о дим? Покажу тебе его?

– Что же делать?
– Соня в голове стала перебирать родственников, у которых можно разжиться деньгами. Родственников - кот наплакал, а денег у них и того меньше.

– Мне бы только счётчик остановить, половину долга скостить, я бы потом расплатился. Да о чём я? Ты у меня главное! Зачем ты пришла?- Опять запричитал он.

– Как зачем?- Не понимала его Соня.

– Теперь тебя увидели. В отместку над тобой потешаться, чтобы мне побольнее было. Тебе уезжать надо!
– закричал Гарик

Он вскочил и забегал по комнате, машинально подбирая разбросанные вещи. Руки его тряслись.

– Куда уезжать?

– Куда? Куда? К маме, к чёрту, к школьному любимому. А я сам разберусь.
– Глаза Гарика горели сумасшедшим огнём.
– У меня теперь одна дорога.

Он выскочил из комнаты. Было слышно, как хлопнула дверь ванной комнаты. Соня пальчиком потерла переносицу "Куда уезжать?" Она не разделяла себя и Г а рика. Беда его, стала её бедой. Нужно бежать куда-то, просить кого-то, что-то д е лать, наконец. Безысходность навалилась, делая руки-ноги ватными. В мозгу ха о тично, яркими слайдами, вспыхивали лица виденных накануне; раздутая в две р ном глазке рожа бандита, почему-то крупно лицо декана, с висячей родинкой у виска, хол ё ное лицо Виолетты, крысиная мордочка соседки из квартиры рядом. К чему эта кар у сель невозможно было понять.