Стереотип: красавица - обязательно пустышка, настолько силен, что Алексей не сразу сообразил, что к помощнице Вениамина Алексеевича это не относится. Он внимательнее пригляделся к Соне, распознал в ней легкую толику иудейской кр о ви. Все ясно - законы Менделя изучали. Древняя нация несла ген мудрости, а что касается внешности, то полукровки частенько оказывались писаными красавиц а ми. По крайней мере, будучи юными.

Алексей выговорился. С души прямо камень свалился. Посланница Вениамина Алексеевича успокоила его, заявив, что история с соседями не будет иметь продо л жения . Возможно, Аркадий Львович и хохотал за глаза над страхами Скворц о ва, что якобы обнаружат фермент в Генкиной крови. Соня же не стала издеваться над Алексеем, передав, слова Аркадия Львовича о перегруженности милиции бытов ы ми делами, о стереотипе мышления и слабом техническом оснащении. С ее слов выходило, что Любка заявление на мужа писать не будет, а Генка отсидит вс е го пятнадцать суток.

– Хорошо бы его вытащить...

– Если его сразу выпустить, то возникнут ненужные разговоры. Он же избил ж е ну.

– Нехорошо как-то. Мне думается, он не совсем виноват. Похоже это реакция на фермент.

– Абстинентный процесс? Вроде похмелья?
– высказала предположение Соня.

– У Кромбаха на этот счет ничего нет. Может буйство Генки - это и есть пр и знак абстинентности от фермента? Неловко как-то за Генку, может выпустить? ...
– с надеждой протянул он, словно от Сони зависела судьба непутевого с о седа.

Прежде тактичная Соня, неожиданно холодно заявила:

– Пусть посидит. Полезно в воспитательных целях. А то возьмет за привычку руки распускать. И хватит об этом. Затеяв эксперимент с соседями, вы сами сдел а ли из них подопытных кроликов.

– Но я не хотел ничего такого ...

– Конечно, но не всякий эксперимент бывает удачным. Вы не просчитали п о следствий. Но они случились, и с этим придется жить. Соседей жальче, потому что они знакомы. А если бы испытания провели на незнакомых людях, студентах, н а пример. Было б легче?

– Ну, как сказать, - смешался Скворцов, - Мне кажется, реакция на препарат з а висит от уровня культуры испытуемых. Надо еще много проверять, просчит ы вать побочные э ф фекты...

– Их н адо просто снизить. И все. Сама идея эликсира любви преступна и т а кие мелочи как небольшой стресс или аллергический насморк не принимаются в ра с чет. А вообще, Вы молодец, Алексей - неожиданно сказала она, но Скворцов не з а метил в похвале одобрения, - Вы смогли дать хоть какой-то результат. Еще п а ра-тройка таких историй, убедят шефа. Только не затягивайте с этим. Вы не на акад е мической работе, где чудеса творят не спеша.

– Извините, - раздалось сбоку.

Они обернулись на голос. Щеки Алексея охватил румянец. Их разговор прервал Миша, тот, что съездил по носу Скворцову, утверждая свое право на заведующую из гастронома. Того самого гастронома, где он недавно отоваривался дефицитом. Стоял Миша как-то кособоко, от прежней наглости не осталось и следа.

– Слушай, друг, - он попытался уцепиться за руку Алексея. При этом лицо его смяла болезненная судорога, - Извини, что так вышло тогда. Ну, хочешь, ударь м е ня. Ударь.

– Не надо, - отшатнулся от него Алексей, но Миша не отставал:

– Прости, пожалуйста. Сглупил я. Ну, зачем тебе Тамарка? У тебя и так т а кая краля.

– Ладно, ладно. Забыто.
– Смутился Алексей, подхватив под руку Соню, потащил ее в сторону от неожиданного знакомца.

– А Вы, батенька, ходок, - бросила Соня, - Надо учесть и держаться подал ь ше.

Она вы свободила локоть из руки Алексея и, ускорив шаг, направилась к в ы ходу из скверика. Краска еще больше залила лицо Скворцова. Он не видел, но чувств о вал, что девушка кривила губки. Иначе и быть не могло. "Смотрите, какие Мы, - в сердцах сплюнул Алексей, - И красавица, и умница, и мораль Нам не чужда. С а ма, небось, другим местом у шефа зарабатывает. И не ломается. А передо мной рисуе т ся, боже ты мой! Чтоб не скучала цыпочка, сунул Вениамин Алексеевич ее на ко н троль. А та и рада. Перед своими надоело выпендриваться - подайте свежен ь ких. Секретарша л и повая"