Как он и предполагал, соединение оказалось неустойчивым. Живучесть его была не больше минуты, затем фермент распадался. Ни о каких экспериментах с ним говорить пока не приходилось. Пришлось повозиться и разработать стабилиз а тор. Благодаря нему фермент не распадался в течение получаса. Вот теперь можно б ы ло переходить к "полевым" испытаниям. На ком испробовать препарат голова не болела. Соседи по лестничной клетке Скворцова, пьющая парочка изрядно до с тавали Алексея. В будние дни не так, а под выходные случались "концерты". В ы пив на пару, соседи устраивали разборки. Да так рьяно, что из-за стенки можно б ы ло разобрать отдельные выражения. Вечером, куда ни шло, крики соседей загл у шал телевизор, а ближе к полуночи это уже раздражало. Набить морду более кру п ному сос е ду Алексей не решался. Просил, стыдил, грозил милицией. Трезвым, сосед согл а шался, обещал, каялся, и все начиналось сначала. Зачем жили вместе кошка с собакой в человеческом облике? Наверное, все тот же неразр е шимый квартирный вопрос. Оба были лимитчиками и настрадались вволю до п о лучения своего жилья.

В пятницу вечером Алексей постучался к соседям. Дверь сразу же открыла Лю б ка, задастая штукатурщица треста домостроения. Она только что вернулась с раб о ты и еще не переодевалась.

– Где Генка?
– Спросил Алексей.

– Ген, выйди, - в комнату крикнула Любка.

Сама подхватила пакет с продуктами и босиком прошлепала на кухню. В кор и дор вышел сосед Генка. Из-за жары он был в одних семейных трусах в цветочек. Н и чуть не смущаясь своего вида, он протянул Алексею руку:

– Здоров. Чего надо? Помочь чего?

– Спасибо. Я тут к тебе по-соседски - Алексей протянул Генке бутылку водки, заряженную ферментом Кромбаха. Сосед изумился, но бутылку схватил.

– Я тут машину выиграл, в лотерею, - пояснил Алексей, - Слышал, небось?

– Любка трепалась, да я не поверил. Правда, что ли?

– Ага. Так я по-соседски, с магарычом. Выпейте за наше здоровье.

– Заходи, - Генка сграбастал Алексея за руку и втащил к себе, - Любка, накрывай на стол. Леха проставляется, - прокричал он на кухню жене.

– Не могу, - попытался освободить руку Алексей, - Моя гундит. И так всю нед е лю отмечаю. Сам этих баб знаешь.

– А то! Может, зайдешь, все же?
– В голосе Генки отсутствовала настойч и вость. Как истинно пьющему, лишняя глотка на одну единственную бутылку, была ему ни к чему.

– В следующий раз, Ген, - пообещал Алексей и поспешно ретировался.

В соседях он был уверен. Бутылка не застоится в холодильнике, а значит и фе р мент не пропадет. Вручив соседям заряженную бутылку, Алексей уже дома з а нервничал. Он не успел проверить препарат на животных. Из материалов австри й ского ученого следовало, что фермент безвреден. А там, чем черт не ш у тит?

Весь вечер он прислушивался к звукам за соседской стеной. Обычной ругани, сопровождающей каждую пятницу, слышно не было. "Сработал препарат или п о травились бедолаги?" - Алексей не знал, что и думать. Несколько раз он порывался проведать соседей, но останавливал себя: "А если и вправду крякнули, моя ме ш котня у их квартиры покажется подозрительной".

У него камень с души свалился, когда он утром в окно увидел соседей. Живые и здоровые, они под ручку топали по двору. Любка щебетала без умолку, поминутно заглядывая мужу в глаза. Генка гордо вышагивал и не мог прогнать с лица д о вольную улыбку. "Фермент сработал?!" - приподнял брови Алексей. Такими счас т ливыми он не видел соседей с момента заселения ими квартиры. "Прав Кромбах, оказывается. Как же наши проспали такое открытие?"

Тем же вечером у "подопытных" случился скандал, какого давно никто не сл ы шал. Генка и Любка орали так, что соседи, во главе с тещей Скворцова высып а ли на лестничную клетку. Пока рядили вызывать милицию или усовестить непут е вых самим, Генка, злой как черт, выскочил из квартиры и слетел с лестницы. Се р добольные бабенки сунулись было к Любке, но та захлопнула намертво дверь. С о седки поквохтали немного и, раздосадованные, разбрелись к своим телевизорам.

Последующие дни отметины того скандала можно было разглядеть на Любкином лице. Косметика не могла скрыть два смачных синяка вокруг глаз. Такого никогда не было. Ранее Генка никогда не рукоприкладствовал. Ругаться соседи ругались безбожно, но драка случилась впервые. Постоянно фонящая теща озвучила за ужином общедворовую сплетню: то ли Генка взревновал Любку, то ли Любка застукала Генку. "Ревнует - значит любит". Вековая истина подтверждала воздействие фермента на соседей. В целом, если не обращать внимания на Любкины синяки, результатом Скворцов остался доволен.