– - Красный, -- так же тихо ответила Роса.

– - Багряный...
– - поправил.
– - А почему он такой? Ведь был же фиолетовый....

– - Это значит, что на твоих руках кровь, малыш, -- охотница оглядела меня гораздо более внимательно. Сразу приметила швы на футболке, чуть выглядывающую из-под рукава повязку...
– - Значит, что ты кого-то убил.

– - Много убивал, -- сухо обронил я.
– - На моих руках крови столько, что я уже не считаю мёртвых.

– - Убил, говоришь, -- Ван поднялся, тяжело опираясь на костыль. Ему было пока ещё тяжело стоять и ходить... И кроме того, он начинает злиться. О, этот суровый взгляд мне знаком до боли! В отшибленных местах...
– - А ну иди сюда...

Ы-ы-ы... лучше бы я по дороге этот чёртов цветок выбросил! Покорно шагнув ему навстречу, вытерпел когда он схватил меня за ворот, оттягивая футболку, чтобы увидеть рану на груди, потом завернул рукав...

– - Ну?
– - поинтересовался братец.
– - Куда ты опять вляпался?

– - Ну, Ван... понимаешь... ну, так получилось... я не хотел... просто так вышло...

– - Да что так вышло, идиот малолетний?!

– - Сцепился я с охотником... с тем самым. Который...
– - я взглянул в сторону далёкого болота.
– - Который её убил. Увидел, узнал эту тварь... Ну и... а он матёрый волк... Доспех вот, повредил...

Опустив голову, собрался было изобразить само раскаянье, как огрёб по уху с такой силой, что чуть не упал!

– - За что?!
– - схватившись за горящее ухо, я отпрыгнул от разъярённого брата.

– - За тупость твою, которой пределов нет, показуху и за то, что доспехом не воспользовался так, как должен был!!!

– - Да я получше тебя знаю, как оружием и доспехом пользоваться! Не указывай мне! Лучше бы под ноги смотрел, когда по трясине гуляешь!

– - Лучше бы ты самостоятельно думать научился! Пятнадцать лет уже, а всё как пятилетний!

– - Какой хочу, такой и есть, и уж поответственней некоторых светлых придурков!!

– - В чём поответственней?! Всё за тобой нянькой приходится ходить, чтобы ты свою башку глупую не совал под любой подвернувшийся топор!

– - Хватит меня опекать как карапуза трёхлетнего! Я давно сам во всём разобрался!

– - А ты не веди себя как тупой малолетка, чтобы опекать не приходилось!..

Слово за слово... орали мы друг на друга ещё минут десять. И разругались до состояния "забирай свои игрушки и вали в свою песочницу, а я тут один без тебя кораблики в луже запускать буду!"

– - Да пошёл ты к демонам, ублюдок ушастый!..
– - в конце концов рявкнул я, распахивая крылья и взлетая.

– - А ну вернись сюда!
– - заорал мне в след светлый.

На миг остановившись и развернувшись, я повторил куда ему следует идти, только гораздо более неприлично и сопроводив красноречивым жестом. И цветок, всё ещё зажатый в ладони, за неимением ничего потяжелее, кинул в этого светлого ублюдка. После чего быстро набрал высоту и скорость, больше не оглядываясь и не останавливаясь. Обида душила самым страшным удавом...

...Когда обозлённый Ирдес умчался в сторону заката, Ван проводил его тоскливым взглядом, повернулся, тяжело шагнул к балке, поддерживающей навес над крыльцом и как следует вписался в дерево лбом. Сполз вниз, сел на ступеньку, привалился к этой же балке.

– - Ну и зачем так ругаться?
– - поинтересовалась охотница, даже не попытавшаяся вмешаться в ссору.

– - Потому что он балбес безответственный... и вообще... – - Ван махнул рукой, отчаявшись объяснить причины произошедшей ссоры. Вздохнул тяжело. – - Потому что я дурак. Потому что боюсь за него, дурака малого. А он не понимает...

Роса села рядом, обняла ссутуленные плечи светлого мальчишки.

– - Понимает, поверь, свет ясный, понимает. Иначе не пытался бы ни дыры на одежде заштопать, ни раны в бою полученные прикрыть, чтобы ты, может быть, и не заметил бы.

Ван ещё раз попытался стукнуться головой о дерево, но охотница ловко подставила ладонь. "Сволочь ушастая" было самым ласковым из выражений, которыми обозвал себя в тот момент несчастный, обессиленный светлый.

– - Не надо, свет ясный, – - попросила охотница. – - Всё будет хорошо. Пойдём, лучше ляжешь, а то ведь если ты сил лишишься, я тебя одна не дотащу... Яр-то на охоте...

Ван кивнул, но перед тем, как куда-то идти, поднял с земли багровый ирис. И тот... почернел. И рука у светлого дрогнула.

– - А чёрный цвет значит, что на твоих руках – - невинная кровь... – - тихо сказала Роса.