– Сворачиваем, – нетерпеливо потребовала Роуз. – У меня уже глаза в кучу сбились от вида этой тропинки. Слишком уж она прямая.

Теперь им приходилось пробиваться сквозь заросли дикой малины, через высокую траву, через выступающие из земли огромные корни, уворачиваться от низких мохнатых ветвей, а свет мерцал все слабее, и на какое-то время они вовсе потеряли из вида горы, к которым хотели выйти, а когда, наконец, попали на очередную опушку, остановились и подняли глаза, то поняли, что никаких гор вдалеке нет.

Гор не было и в помине, зато, насколько хватало глаз, стелилось болото, где тоже кипела жизнь, хотя и странная. Какие-то сгустки тумана носились над водой, какие-то огоньки вспыхивали то и дело, точно чьи-то глаза, местами в зеленом мху, словно белые звезды, светились мелкие цветы. Стало видно небо, и на небе взошла большая оранжевая луна, огромная и яркая, точно персик.

Такое складывалось впечатление, что кто-то просто сменил декорации.

– Вот дьявол, – сплюнул Тайлер. – И что дальше? Это болото, судя по запаху, тянется далеко…

– Понадобился нюх вервольфа, чтобы это предсказать? – съязвила Роуз. – По-моему, это видно на глаз.

– Поищем толстые палки и будем пробираться по болоту, – сказал Том. – Надо идти. Все равно надо идти.

Он не испытывал страха, только какое-то отчаяние от того, что тот, кого он так долго ищет, может не показаться. Еще он видел совсем далеко, в конце этих бесконечных болот, среди туманов и зыбкой дымки, каменные столбы, на вершинах которых трепетали синие огоньки. Не видел, а, скорее, прозревал, и трискелион на его груди при этом смутном видении слегка дрогнул.

– Менгиры, – тихо сказал он, скорее самому себе, чем спутникам.

Но, судя по тому, как дернулось лицо у Хилла и как зыркнула Роуз, они его прекрасно услышали.

Двигались они медленно, прощупывая глубину толстыми сучьями, с которых содрали ветки, прыгали с кочки на кочку, пугая толстых лягушек, и все было ничего, пока Том понял, что постепенно, но неуклонно становится все жарче и жарче.

Рассвело так же внезапно, как взошла луна, а потом время огромным маятником качнулось к полудню, и теперь все трое погибали от жары и жажды. Тому пот заливал глаза, на руках уже образовались мозоли от самодельного «посоха», ему страшно хотелось пить, и голова начала раскалываться от боли, как спелый арбуз. Вода в бутылках, которую Тайлер предусмотрительно захватил с собой, кончилась как-то слишком быстро.

Солнце палило беспощадно, прожигало дыры в побледневших небесах, в воздухе носился привкус дыма. Где-то явно горел торф, и Том побледнел, представив, что они попадут в огненное кольцо. Задохнутся от дыма раньше, чем сгорят.

Тайлер, судя по его мрачной физиономии, думал о том же. Он шел легче, чем Том, с животной грацией перескакивал через бархатные кочки, перепрыгивал с одного мшистого валуна на другой, балансировал на острых скалистых зубах, торчавших из воды, по наитию обходил участки, где почва проваливалась под ногами и плевалась густой коричневой жижей, точно кровью.

Травы становилось все меньше, зато влаги выступало все больше, мох пошел ржавого цвета, и деревья попадались все какие-то гиблые, и все меньше было вокруг живности. Резко пахло хвоей, испарениями и цветами, так что голова кружилась и болела. Пить хотелось так, что язык распух во рту. Но Том топал и топал, хотя перед глазами плясали черные мушки и он уже плохо соображал, куда тыкает своей палкой, правильно ли рассчитывает вес.

Вдруг Роуз сзади закричала, и он медленно обернулся, успев увидеть лишь, как Хилл резким движением выдернул ее к себе на большую кочку. Они стояли посреди вдруг нехорошо забурлившей жижи, крепко обнявшись, и буравили друг друга злыми взглядами.

– Бесполезно, – тускло сказал Тайлер, отцепляя от себя Роуз. – Впереди топь. Не пройдем.

– Дьявол побери! – разозлился Том. – Вы же ведьма и оборотень! Неужели нет других способов передвижения? Телепортация какая-нибудь? Полет на метле? Скачки на огромном волке величиной до небес?

– А ты – сильнейший маг этой страны, и что? – усмехнулся Тайлер.

– Я тебя хочу еще обрадовать, сладкий, – пропела Роуз, и Том почувствовал, что, пожалуй, слегка ненавидит ее. – И тебя, щеночек, хотя ты, наверное, уже сообразил. Наши силы здесь не работают. В этих местах невероятно сильная магия, и она блокирует любую другую. Мою-то уж точно. Да и, думаю, наш серый волчок обратиться тоже не сможет, даже если сильно захочет.

На усталой роже Тайлера подтверждение этой догадки было написано неоновыми буквами.

– То есть… – медленно проговорил Коллинз. – Я всего лишь в компании девчонки и социопата? Спасибо, большое спасибо!

– Знаешь, мы тоже ждали от тебя чудес, – огрызнулась Роуз и отерла грязный лоб от пота.

Выглядели они все паршиво, если честно.

«Будь осторожен в Стране чудес, – вдруг вспомнилось Тому откуда-то из давнего, давнего времени. Может быть, из детства, из тех снов о лесном царе. – Чудеса – это всегда ловушки».