Однако в таком виде появиться в заведении было бы стыдно. Он осмотрел себя. Нет, ему нужна новая одежда и ботинки, туфли. Кейд догадывался, что даже мещанин не станет носить постоянно одно и то же.

Когда он подошел к мадам Кэннон, хитрая старуха уже поджидала его с новостями.

— Слушай, парень, тебе бы следовало спуститься сюда пораньше, — выпалила она. — Тут шатался один старикашка, Карлин, но потом ему пришлось смыться. Ну да ладно, ничего, — она дружески похлопала его по плечу, как старого приятеля. — Он завтра все равно сюда утречком наведается. Я бы и сама могла послать его к тебе, да думала, ты отсыпаешься после очередной дозы.

Кейд был несколько озадачен. Во–первых, он представления не имел, кто такой Карлин. А во–вторых, что значит “очередная доза”. Эта мадам Кэннон, похоже, так и будет говорить одними загадками. Не долго думая, Кейд поинтересовался, кто же этот старик, о котором она говорит.

— Карлин? — удивленно переспросила хозяйка заведения. — Да у него тут магазинчик поблизости: продает одежду благородным. Я вот никогда не могла понять — почему это наши бездельницы готовы платить за нее бешеные деньги, — она пожала толстыми плечами. — Наверное, чтобы щеголять перед своими дружками за закрытыми дверями. Я когда-то и сама была ничего себе. Но если бы мне кто-нибудь из моих мужиков сказал, что мне нужна затейливая одежонка, я бы ему глаза выцарапала, — она хрипло хохотнула. — А ты не из нашего района, точно?

На какую-то долю секунды Кейд растерялся, сбитый с толку неожиданным вопросом.

— Я так и думала, — со вздохом заметила мадам Кэннон, понижая голос. — Слушай, — она наклонилась к нему через стол, и от ее декольте с низким вырезом на него пахнуло дешевыми духами. — Тебе, парень, нужен хороший совет, и я тебе его дам. Даже если ты и не хочешь. Ты скрываешься, — она загнула толстый палец, — и ты колешься… — она загнула второй, — не слишком хорошее сочетание, можешь мне поверить. Но в то же время, мозги у тебя на месте, как я посмотрю. Ты не хочешь чтобы какая-нибудь баба, я или кто-то другой, вытянули из тебя все, что ты имеешь. Правильно, так и надо. Но тебе, парень, надо немного поубавить спеси… со мной, например. Слушай…

Она остановилась, немного помолчала, чтобы передохнуть и затем продолжала уже совершенно серьезным тоном:

— Я захожу сегодня в кухню и вижу, как ты стоишь там один и сам себе улыбаешься… послушай, парень, ты бы мог иметь роскошный дом на блюдечке с голубой каемочкой, а ты представления не имеешь о ценности тех безделушек, которые хранишь в кармане. Потом ты начинаешь корчить из себя благородного… а я чуть было не передумала давать тебе комнату. Послушай, парень, — она положила пухлую ладонь на его руку. Первым порывом Кейда было отпрянуть назад, но он постарался сдержаться и продолжал слушать. Если он хочет выжить в этом мире, ему надо напрочь забыть о своих привычках Оружейника. — …с таким симпатичным лицом, как у тебя, да еще с таким телосложением, надо быть просто последним кретином, чтобы не воспользоваться такими данными. Тебе ведь не надо говорить… ты просто улыбайся, и все! — она выпрямилась и помахала рукой, приветствуя нового посетителя. Кейд почувствовал некоторое облегчение, когда она поднялась со стула. — Мне надо обслужить клиентов, — она на секунду задержалась. — Да кстати, у тебя хоть имя-то есть? Как тебя называть?

Кейд внутренне улыбнулся абсурдности ситуации. Она ведь сама только что советовала ему помалкивать, и вдруг этот неожиданный вопрос… Впервые за все это время их знакомства, Кейд вдруг посмотрел женщине прямо в глаза. В ее взгляде не было ни хитрости, ни тайного умысла. Как видно, мадам Кэннон испытывала к нему настоящую симпатию, иначе зачем бы ей так о нем беспокоиться? Она не могла быть опасна для него, несмотря на все свои непристойные разговоры. Кейд продолжал молчать, но сдерживаться уже не мог, улыбка растянула губы, он едва не рассмеялся.

— Так-то! — в восторге выпалила женщине — Молодец! Ты, парень, как видно, совсем не дурак. Эй, Яна!

Томная брюнетка отплыла от группки девушек, которые тихонько беседовали в уголке, в ожидании клиентов. Она подошла к столу с продуманным изяществом. Серебристая подвязка на бедре зазывно поигрывала при каждом шаге, ярко выделяясь на фоне полупрозрачной ткани, которая не скрывала, а скорее подчеркивала прелести молодого женского тела.

— Яна, познакомься с моим другом, — рекомендовала мадам Кэннон. — Я для нашего Весельчака ничего не пожалею, — с нажимом произнесла она и многозначительно посмотрела на девушку. Потом повернулась к Кейду и подмигнула ему развратно и открыто.

— Неплохая рекламка для тебя, парень, — сказала девушка, провожая взглядом отходившую от стола мадам Кэннон. Голос у нее был хрипловатый, с грудными нотками. Кейд даже не знал, был ли он таким от природы, или девушка специально придавала ему интимность и зазывность. Она опустилась на стул и машинально приняли ту же позу, что и хозяйка Кэннон, наклонившись вперед и предоставляя взгляду Кейда почти всю свою смуглую, большую грудь.

— Да, — натянуто откликнулся он, отводя взгляд от роскошных женских прелестей. — Она очень добра ко мне.

— Стой, я тебя помню! — неожиданно выпалила девушка, нацелив на Оружейника тонкий пальчик. — Ты был здесь на прошлой неделе. Ну и вид у тебя был, брат! Мне такого еще видеть не доводилось!

Неожиданно она нахмурилась:

— Что с тобой, Весельчак? Ты что, перепил? Или не в себе? — она вопросительно уставилась на него.

А Кейду и в самом деле было не по себе. И он ничего не мог с этим поделать. Его вдруг ошарашило это обращение “брат”, произнесенное этой девушкой, да еще в таком месте.