Благоразумно спрятав остаток золотых безделушек в тайник, расположенный сразу же за стенными полками, Кейд приберег себе средства на всякий случай, если вдруг понадобится бежать отсюда, или если пройдет время и деньги кончатся.

Дело осложнялось тем, что вопросов он задавать не мог — это сразу же вызвало бы подозрение среди обитателей заведения. Поэтому ему оставалось только ждать и держать ушки на макушке, улавливая любую информацию, способную привести его к этой девушке. Каждый вечер он садился за столик лицом к двери и приглашал каждого посетителя выпить и потолковать. Поскольку Кейд оказался весьма щедрым компаньоном, многие охотно отвечали на его вопросы, какими бы странными они не казались.

Постепенно, все стали привыкать к его необычному поведению. Впрочем, завсегдатаям пивной было плевать на чужие манеры, лишь бы поставили стаканчик–другой. Кроме того, в заведении было полно болтливых девушек, которые общались едва ли не с половиной города. В определенной степени и они помогали ему. Никого в сущности не удивляло, что симпатичный молодой парень ищет девушку, которая ему очень понравилась. Это было в порядке вещей в мещанской среде. Однако ни его усилия, ни старания девиц мадам Кэннон никаких результатов не дали. Никто девушку больше не видел, ничего о ней не слышали.

Это заводило все его расследование в совершенный тупик. С другой стороны, он все же мог попытаться найти ее в Болтиморе, там, где его уже один раз захватили. Но ехать туда ему не хотелось. Если ему не удастся здесь разыскать девушку, значит он постарается во всем разобраться сам, без ее помощи. Конечно, он представления не имел, с чего начинать, и за какую ниточку хвататься, но надеялся, что получив побольше информации, интуиция ему подскажет. И постепенно у него сложился в голове второй план.

Пока же, за две недели прибывания в заведении мадам Кэннон, Кейд получил столько информации о жизни, сколько не мог воспринять за последние тринадцать лет. Кейд старательно впитывал в себя все, что слышал от бесконечной вереницы людей, которая изо дня в день проходила мимо него. Они болтали много и охотно, поскольку Кейд не забывал угощать их.

Он встретил марсианина, который сбежал со службы и пристрастился к выпивке и мелкому воровству. Два вечера подряд Кейду пришлось выслушивать его всхлипы по поводу совершенной ошибки. Он клял себя, на чем свет стоит, бормотал что-то нечленораздельное о собственной семье, о позоре, о цехе, о том, какая у него там осталась девушка и что он мог бы вернуться к ней, если бы не натворил глупостей… женился бы и завел кучу детишек. На третий вечер марсианин почему-то не появился, и больше его вообще никто не видел.

Один вечер он потерял впустую. И все из-за тихого, седовласого старика, который говорил певуче и правильно, мелодично растягивая слова. Он был бывшим взломщиком, который ушел на покой и теперь жил за счет своих прежних “заработков”. Впервые Кейд увидел его на четвертый день своего пребывания в пивной. Потом старик заходил ненадолго каждый день. Он был настоящим кладезем знаний о жизни криминального мира, их привычках, прозвищах, жаргоне, подкупе и взятках. Он прекрасно знал все подробности об организованной преступности, проституции, сбыте ворованных вещей и продаже наркотиков. В последний свой вечер — тот самый, который Кейд потратил понапрасну — он болтал целый час, и уже как следует накачавшись, вдруг сболтнул, что обладает такими знаниями, которых нет ни у кого в Империи. Перегнувшись через стол он пьяно зашептал Кейду:

— Жизнь не всегда была устроена так, как сейчас!

Кейд вспомнил обряды сект, и заявление старика его заинтересовало. Он наклонился вперед, чтобы как следует прислушаться. Он надеялся узнать что-нибудь новенькое, что могло бы открыть ему глаза на многие странные вещи. Но надежда оказалась иллюзорной. Старик был просто слишком пьян и совершенно не соображал, что несет.

Он заговорщицким шепотом принялся рассказывать Кейду, что нашел какую-то старую книгу. Случилось это еще несколько лет назад, когда он промышлял взломами. Так вот, книга эта называлась “Хрестоматия для шестого класса”. Он считал, что книжка страшно древняя.

— Более десяти тысяч лет! — шептал старик, тараща глаза.

Кейд разочарованно откинулся на спинку стула, потеряв всякий интерес к разговору. Однако ненормальный старик продолжал бормотать. В книге оказалось довольно много занятных рассказов, стихов, анекдотов, многие, как предполагалось, совершенная правда, а не выдумка. Но у них было одно общее: нигде не упоминалось об Императоре, Ордене, Клейн–дао или самой Империи.

— Разве не понятно, что это может значить? — многозначительно поинтересовался чокнутый старик. — Чувствуешь, к чему идет? Было такое время, когда Империи и в помине не существовало. Ни Императора, ни Ордена…

Заметив неподдельную скуку на лице Кейда, старик пришел в неистовство и принялся орать чуть ли не на всю пивную. Конечно, никто бы не обратил на это внимания. В заведении всегда стоял ужасный галдеж и хохот. Но вот мадам Кэннон оказалась бдительной. Заслышав несколько слов из их разговора, она, переполненная верноподданическими чувствами, накинулась на несчастного бедолагу и вытолкала его взашей, учинив настоящий погром. Правда, в последствии ей пришлось об этом пожалеть. Поползли слухи, и через пару дней в заведение нагрянула облава.