Мы остановились. Нечто, ещё утром бывшее прелестным созданием в миленьком платье, а теперь ставшее безвольным мешком с тряпьём, опустили на землю. Я только почувствовал, что тряпку сняли лица. Хотелось просто лежать и не шевелиться. Потом дали о себе знать камушки и ветки подо мной. У головы что-то глухо постукивало о землю. Разлепив слезящиеся глаза, я увидел верхушки деревьев и нависшее над головой брюхо гнедого коня. Его копыта топтали траву совсем рядом со мной. Я встал, цепляясь за седло гнедого. Ноги дрожали и подгибались.

Какие-то люди стояли полукругом и разглядывали меня. Я принялся рассматривать их, но тут что-то пёстрое, истошно визжащее, налетело, вцепилось в волосы, притиснуло к боку коня. Отдирая от себя чужие руки, я почувствовал, что сползаю вниз, прямо под копыта. Попытался выпрямиться, но визжащий противник ещё и наподдал коленом. Вдруг конь двинулся, переступая ногами. Под его шкурой перекатились тугие мышцы. Меня ощутимо толкнуло, я смог выпрямиться и упереться ногами в землю.

Обретя равновесие, я наконец отлепил от себя противника и отвёл его руки, удерживая их за запястья. Сквозь залепившие глаза волосы увидел девушку. По её раскрасневшемуся лицу метались чёрные локоны. Она скалила зубы, пытаясь пнуть меня ногой. Растопыренные пальцы с острыми ноготками тянулись к моему лицу, и я с трудом её удерживал.

Со стороны зрителей слышались подбадривающие замечания. Кажется, там заключались пари.

Я быстро подался в сторону, сведя руки скручивающим движением. Моя соперница пролетела вперёд и уткнулась лицом в землю. Я отступил, ожидая повторного нападения.

Но девушка не стала нападать. Она поднялась на колени, держась руками за голову. Повернулась, и все увидели кровь, стекающую по её лицу. Падая, он ткнулась лбом в оставленный кем-то топорик, и он распорол ей кожу до кости.

К девушке подбежали, приложили тряпицу к лицу. Потом подняли, и под руки увели.

Я стоял, тяжело дыша. Пропотевшее бельё липло к коже, бока сдавило сбившееся платье.

Хозяин гнедого коня отдал поводья стоящему рядом белобрысому парню, и подошёл ко мне. Взял за подбородок и взглянул в лицо. Это был тот человек из кабачка – «помощник торговца». Взгляд его светлых глаз почему-то вызывал желание немедленно спрятаться под кровать.

Твёрдые пальцы повертели меня вправо – влево, и отпустили.

Сказав что-то белобрысому пареньку, он взял меня за локоть и повёл за собой.

Между деревьев были вырыты землянки. На расстоянии их было совсем не видно. Лишь приблизившись, можно было рассмотреть узкий вход. В один из них мы и пролезли.

В землянке было совершенно темно. Повозившись в темноте, мой спутник зажёг маленькую лампу. Она осветила раскинутый по полу цветастый ковёр. Пол был посыпан чистым песком. Сам торговец двигался по тёмному помещению совершенно свободно. Распустив пояс с привешенным к нему оружием, он отнёс его к стене и аккуратно там повесил на колышек. Бросил мне:

– Раздевайся!

И принялся стягивать рубашку. Я узнал голос – это был один из тех двух, что расспрашивал о заведении госпожи Ивонны.

– Господин, – начал я осторожно, – позвольте объяснить вам…

– Заткнись! – он отвесил мне оплеуху, от которой я так и сел на ковёр. Я пытался ещё что-то сказать, но меня уже не слушали. Постылое плате было отброшено в сторону. Часть белья полетела туда же. Через некоторое время послышалась брань, и я получил ещё одну оплеуху. Я ожидал чего-то подобного, и, хотя голова у меня кружилась, пояснил особенность ситуации. Почувствовав внимание, повторил ещё раз.

Давно я не видал такого изумления на человеческом лице. Несколько томительных мгновений «торговец» смотрел на меня, потом выдал замысловатую фразу, из которой я понял только пару слов.

– Это ж надо так, – наконец сказал он внятно. – Что ж скажут: Чеглок девку не смог отличить от …

Он скрипнул зубами. Потом положил руку на пояс, ощупал отсутствующий нож. Если бы пояс с оружием не был уже повешен на стену, тут бы и пришёл конец всей истории.

Мужчина встал, прошёлся по ковру. Подошёл к стене, положил руку на ножны.

– А что же тот старикашка, с которым мы тебя застали? Любитель? – спросил он, не оборачиваясь.

Должно быть, это копилось во мне после вчерашнего разговора с госпожой Ивонной. Внутри у меня заворочался тугой холодный ком. Подавив подкатившее раздражение, я ответил холодно:

– Это мой постоянный клиент. Кстати, пока вы меня ещё слушаете – должен вас поблагодарить. Вы спасли мне жизнь.

Он повернулся. В руке его был широкий нож. С такими в наших краях ходили на охоту.