подспорье для людей, забывших речь.

Я – оправдание потоков лжи и брани.

Им кажется – коль корчит рожи смайл,

то все слова уже не бьют, не ранят.

И жизнь их не стезя, а просто файл.

Чуть что не так (погиб, попал в кутузку),

есть способ избавления от бед –

скорее запустить перезагрузку…

...

[MZ] : а фоттт и йа! фсем чмоки!

[efes] : хай )

[Margaritk@] : превед!!!

человечки

И увидел Бог всё, что Он создал,

и вот, хорошо весьма…

Бытие 1:31

Почемучка, сев на тучке, смотрит сквозь прозрачный купол

на невзрачную планетку. Взгляд усталый из-под век.

Непоседе стало скучно, захотелось новых кукол:

горсть земли, набор для лепки – получился человек.

Ай, поделка – просто чудо! Динозавров – в мусор, в печку,

и ни капельки не жаль их – нынче новая игра.

Богом быть совсем не трудно – для тщедушных человечков:

дай заветные скрижальки, а потом – чуть что – карай.

Безответные игрушки одеваются по спичке,

ходят строем, спят в коробках и смиренно терпят гнёт,

на игрушечных войнушках умирают по привычке,

с вдохновеньем и сноровкой, будто зная наперёд,

что игре не длиться вечно, что когда-нибудь под утро,

подивившись беспорядку, кто-то сильный и большой

бросит взгляд на человечков – бесконечный, чуткий, мудрый –

принесёт ведро и тряпку и вздохнёт: «Нехорошо...»

Выходной

Тяжёлые шаги всё ближе, ближе...

Кривая тень легла на аналой.

Я с высоты распятья ясно вижу,

как прежний мир становится золой.

Но, принимая пламя словно милость, –

как жарки и нежны его уста! –

Я, так же, как в Тот день, шепча: «Свершилось!»,

схожу – прочь! – с ненавистного креста.

Блаженство! – после вековечной муки –

вздохнуть легко, всей грудью, наконец,

размять, встряхнуть истерзанные руки

и снять сдавивший голову венец.

Пью каждый миг свободы с тайной дрожью…

Мне выдался короткий выходной –

пресытившись безверьем и безбожьем,

в отчаяньи Они придут за мной.

Иначе кто вернёт Им – слабым – силу,

готовый на себя взять всякий грех,

внимать молитв безудержному пылу,

так беззаветно любящий Их – всех?

Я буду ждать. Уставший от разлуки,

прощая всё, рассудку вопреки,

желая мир обнять, раскину руки –

и застучат проворно молотки...

Отцу

Ты создал мне уютную клетку –

показать, как ты добр и велик.

Я сорвал это яблоко с ветки,

чтоб увидеть твой истинный лик.

И, признаться, мне зримей и ближе

этот злобный звериный оскал.

Ухожу, оскорблён и унижен,

боль и стыд пронести сквозь века.

Гневной искрой во взгляде потомка

я вернусь для свершенья суда.

Не бродяга с дырявой котомкой –

за расплатой прибудет сюда

лучший воин межзвёздного флота

с ослепляющим плазмомечом.

Он не станет стучаться в ворота,

а снесёт их могучим плечом.

Будут молнии яростным градом

биться в панцирь из наноброни…

Не останется райского сада:

обгорелые сучья и пни.

Взглянет вверх он, забрало откинув

с искажённого гневом лица –

вот тогда и узнаешь ты сына,

что по праву достоин отца...

Нью-Эдем

Проходя от Земли до окраин,

осознавший себя всемогущим,

возвратится заправский хозяин

в приэдемье. И в райские кущи

устремятся бульдозеры клином,

чтобы после из пепла подняться

парадизу, где вместо павлинов:

чудеса световых инсталляций,

голограммы божков и драконов

и живые цветы, что не увянут.

Рай из стали, стекла и бетона –

стиль и мощь, красота без изъяна!

Разрастётся сверкающий пояс

от Европы до Индокитая –