Найт кладет мне на руку свою ладонь, и обеспокоено заглядывает в мое расстроенное лицо. Я пытаюсь его успокоить:

– Ничего страшного, просто мне не нравится быть причиной чьих-то проблем.

Оказывается, к нашему застольному разговору прислушивался Хард:

– Мам, да не огорчайся ты из-за этого придурка.

Мой сын иногда забывает о тех правилах приличия, к которым я его приучаю:

– Нельзя так отзываться о старших.

– А как еще о нем отзываться? Вспомни эти его "ты должна понять то, как я люблю тебя... ты обязана осознать то, что я готов положить к твоим ногам весь мир... ты - неграненый бриллиант, а я - тот ювелир, который..."

Так, надо его остановить:

– Хард, прекрати.

Легко сказать:

– Мало я его тогда треснул, когда он...

Я резко встаю со стула:

– Сынок, не надо.

Сева придерживается другого мнения:

– Я что-то пропустил? Хард, за что ты ударил Адама?

Мой сын все-таки большая умничка:

– За это он свое получил, так что не будем об этом говорить.

Брат переводит свой взгляд на меня:

– Сестренка?

– Адам свое получил, это - правда. Дело закрыто.

– Ты уверена, что мне...?

– Уверена. Давайте сменим тему.

... Мы покатываемся со смеху, когда папа ошарашено сообщает нам о том, что он проиграл Найту. Отец не разделяет нашего веселья, и постоянно приговаривает: "Этого не может быть, потому что не может быть никогда"... Ники сквозь хохот обращается к моему мужу: "Найт, ну ты даешь, кому рассказать - не поверят". Я целую победителя в щеку, и тихо говорю ему на ухо: "Угадай, какой приз ждет тебя сегодня ночью".

Найт не понимает суть происходящего. Интересно, что бы он сказал на то, что мой отец не может никому проиграть, потому что видит своего соперника насквозь через призму его эмоционального фона.

К столу подходит Кира и становится между мной и Найтом. Она жестом показывает нам на торт. Мой муж сразу наполняет ей тарелку, и начинает кормить ее с ложечки. После очередной порции сладенького, моя дочь серьезно спрашивает:

– Найт, а можно мне теперь называть тебя "папа"?

Я поперхнулась своим кофе, и резко вскидываю голову, чтобы посмотреть на реакцию мужа - у него на губах ласковая улыбка, которая сопровождает отрицательное покачивание его головы. Он медленно и четко показывает Кире свои слова:

"Я буду растить, и воспитывать тебя с братом, как своих родных детей, обещаю, но вы и дальше будете обращаться ко мне по имени, хорошо?"

Кира кивает ему в ответ, и открывает свой ротик для следующего кусочка торта.

Найт заканчивает кормить мою девочку, и обращается ко мне:

"Я отведу детей к Элене, и буду ждать тебя у нас".

– Ты не вернешься?

"Нет, тебе надо перед расставанием побыть с твоей семьей наедине"

Мои уже предупредили нас о том, что уезжают домой сразу после ужина, не дожидаясь рассвета.

Мой муж свистом подзывает Харда, и показывает ему с Кирой попрощаться со всеми. Когда они втроем покинули Зал, Сева тихо проговорил:

– Небожители, скажите, одному мне Найт кажется странным, или...

Я не даю никому и рта раскрыть ему в ответ:

– Надеюсь, вы все помните мою просьбу о вашем невмешательстве в мою личную жизнь? Так что, давайте обойдемся без обсуждений моего мужа и его странностей.

Ники выдает свое очередное прикольное высказывание:

– Итак, господа небожители и господин подземный житель, придется вам угомонить свои таланты, дабы не потревожить нашу Арину свет Сергеевну.

Никита, мой обожаемый братец, спасибо тебе огромное за твое умение вовремя разрядить обстановку.

Я сижу на диване в гостиной родительского дома, и придирчиво смотрю на свою незаконченную вышивку. Так, здесь надо будет добавить бисер. Нет, мне не нравятся блестяшки. Не выдумывай, без них здесь уже не обойтись, если хочешь, чтобы твоя работа приобрела завершенную форму. Нанизываю на нитку бусинки желтого цвета и отпускаю свои мысли вспять...