На охраняемую территорию санатория я прибыл на плечах противника. Во-первых, в его рядах наблюдались общие панические настроения, во-вторых, в темной комнате все кошки черны, так и мой автомобильчик, должно быть, показался на строгом КПП новой скандинавской моделью, и поэтому проблем у меня не возникало. Припарковав машину под елями, я направился к главному санаторном корпусу, рядом с которым расположился боевой отряд господина Каменецкого.

Здание, построенное в духе социалистического конструктивизма, напоминало огромный куб, украшенный гипсовыми чашами благоденствия всего трудового народа. Судя по тому, что большинство окон неприятно темнело, эра всеобщего процветания закончилась. Наступили суровые будни капитализма и по этой причине расточительный свет пылал только на втором этаже. Нетрудно было догадаться, кто оплачивал счета за электричество и прочие коммунальные услуги.

Маскируясь под ночными деревьями, я извлек из рюкзака портативную подслушивающую систему, которую приобрел по случаю года два назад у выпивохи-полковника из МВД по смешной фамилии Жигайлович. Слухач снимал с оконного стекла тембры голосов и переводил речь на аудиопленку - для тех, кто все хочет знать.

После того, как миниатюрный лазерный ушастый зайчик запрыгал по невидимо дребезжащим от голосов стеклам, я нацепил наушники и принялся слушать музыку высших сфер. Поначалу прошли бытовые звуки и пустые слова приветствий, затем раздался спокойный и бархатистый голос, мне ещё незнакомый:

– Лев Михайлович, подозреваю, желаете говорить конфиденциально?

– Мечтаю, Дмитрий Дмитриевич, - буркнул глава городской администрации.
– С глазу на глаз.

– Мечты надо воплощать в жизнь, - согласился господин Дыховичный, он же Папа-дух, и приказал ближайшему окружению удалиться из апартаментов.

– Папочка, я останусь, - неожиданно услышал женский знакомый голосок и ахнул: Римма из сельпо!

Как интересно: искал недостающее звено в последних событиях и нашел в самом невероятном месте. И в лице кого?

– Только молчи, киса, - предупредил Папа-дух и обратился к главе городской администрации: - Какие проблемы, Лев Михайлович?

– И вы меня спрашиваете? Безобразие, - пыхнул тот от возмущения. Какие проблемы?! Меня хотели убить! Вы это понимаете?! Убить! Кто, я бы хотел знать?

Дмитрий Дмитриевич саркастически рассмеялся:

– Что за намеки, Лева? Это не мы, клянусь памятью мамы!

– А больше некому, да-с!
– истерически вскричал господин Каменецкий. Вы... вы Милькину... А теперь моя очередь?!

– Ша!
– поморщился заслуженный наркобарон республики.

– А я этого не позволю! Вы меня ещё не знаете! Да-с!

Наступила пауза - зловещая. Потом раздался скрип паркета, настоящий хозяин приморской зоны выдерживал знаменитую МХАТовскую паузу.

– А зачем тебя, плешь, гробить, - наконец проговорил с угрозой.
– Мы тебя купили с потрохами, сучь!
– Очевидно, приблизился к собеседнику.
– На сто лет вперед! И если ты!..

– Прекратите мне угрожать, - взвизгнул мэр.
– Я... я на службе! Меня люди выбрали!

– Лев Михайлович, душка!
– неожиданно хохотнул господин Дыховичный. Прости, зарапортовался. Вас люди выбирали, а я без уважения, - и с новой угрозой.
– Думаю, этим людям, которые тебя выбрали будет интересно на какие такие капиталы...

– Прекратите, Дмитрий Дмитриевич, - страдал народный избранник.
– Мне плохо, меня хотели взорвать. Эти трупы, трупы, трупы, а вы обещали стабильность, напоминаю вам.

– Все будет, как и прежде, уважаемый Лев Михайлович, - проговорил Папа-дух.
– Тихо и спокойно, как на кладбище.

– Шутите?

– Какие могут быть шутки, Лева. Надо разбираться. И будем это делать, обещаю.

– А что происходит?
– продолжал нервничать господин Каменецкий.
– Кто посмел Александру Алексеевну, эту замечательную женщину во всех отношениях?

– Вы про Милькину?
– хмыкнул наркобарон.
– Не смешите людей, дорогой. Эта красная шапочка* сама заварила такую кашу, что нам расхлебывать и расхлебывать.

* Демобилизованный из войск МВД (жарг.).

– Так и знал, - взвизгнул мэр.
– Это вы ее?..

– Если бы мы, никаких проблем, - последовал убедительный ответ.

– Тогда кто?

– Пока не знаю, - и господин Дыховичный принялся рассуждать о последних событиях, случившиеся в Дивноморске и его окрестностях - весьма подозрительных событиях.

Есть мнение, что братья Собашниковы зарвались, решив заняться выгодным бизнесом самостоятельно. Чтобы скрыть свои грязные замыслы, они прикрываются младшей сестрой Анастасией и клянутся, что ничего не знают о десяти килограммах порошка. Впрочем, братьям можно и поверить - так нагло и опрометчиво могли действовать только люди без всяких мозгов.