– Ты пойдёшь один, – молчал Айвар. У Данфера вырвался вздох облегчения.

– Я уж побоялся, что вы не возьмёте меня. Однако это гораздо более высокая честь, учитель! Почему вы решили не участвовать лично?

– Таргос слабый магик, ты сотрёшь его в порошок. Я бы пошёл с тобой, если бы Таргос явил мысль. Однако он действовал только так, как я и предполагал. Следовательно, он остался так же пуст и бессмыслен, как и раньше. Разберись с ним. Передай воинам, что сдающихся в плен нужно щадить. К вечеру город должен быть освобождён окончательно.

***

Дни, прошедшие с момента ухода из гавани Санпула, и до прибытия в Умрад, слились для Оли в бесконечный болезненный бред. Под внимательным надзором Строгонова и одного из войсковых лекарей, девушку несколько дней приводили в чувства после испытанного на Гряде шока. Раны на лице и шее лечили не меньше недели. И всё время потолок и стены треклятой каюты треклятого корабля раскачивались, словно ивы на ветру: Олю мучили ужасные приступы морской болезни. Девушка в какой-то момент чуть не впала в отчаяние.

Но однажды она проснулась и услышала крики чаек. Корабль на удивление шёл гладко, едва покачиваясь.

Поднявшись с невероятными усилиями с кровати и закутавшись в одеяло, Оля на трясущихся ногах вышла из каюты, затем медленно добралась до лестницы, не обращая внимания на удивлённые взгляды снующих в разные стороны матросов, солдатни и беженцев.

Подняться на палубу ей удалось только с помощью какого-то офицера – Оля не запомнила его лица, только видела эполеты.

Мир за гранью нижней палубы и каюты встретил Олю морской свежестью и солнцем. Яркий свет ослепил девушку, она на последней ступеньке оступилась, не удержала равновесие на слабых ногах и упала на палубу.

К ней подскочил давнишний офицер, помог подняться, некоторое время постоял рядом, придерживая крепкой рукой. Но Оля не замечала его, бормотала что-то, и смотрела на бесконечные паруса, раскинувшиеся на морской глади, а за ними – на огромную гору, темнеющую на голубом фоне.

Умрад. Путешествие подходило к концу.

Постепенно свежий воздух немного привёл в чувство девушку, и она почувствовала себя сильнее, поблагодарила офицера, и зачем-то поднялась на капитанский мостик. Здесь стоял Строгонов, Даратас, и странный мужчина в бесцветной робе. На глазах у него были круглые очки, а сами глаза были настоящими колодцами Бездны! Тьма, изначальная тьма поселилась в них.

Но девушку это не испугало. Наоборот, она подошла ближе. Никто не обернулся.

– Таким образом, город готов к прибытию? – интересовался Строгонов.

– Всё относительно. Жители Умрада, конечно, не очень рады гостям. Но мои помощники через Сенат ведут разъяснительную работу.

– Мало времени, – покачал головой Даратас. – И пока что это нас должно волновать в последнюю очередь.

– Не согласен, – сказал, как отрезал, очкарик. – В последующем общность будет вынуждена объединится. Чем раньше это произойдёт, тем лучше. Начинать закладывать фундамент идеи можно и сейчас.

Даратас пожал плечами.

– Меня больше волнует, сработал ли купол? – сменил тему маг.

– Идеально. Никаких более прорывов или вспышек синянки, – сообщил очкарик.

– Как и у нас ни одного происшествия за полторы недели пути, – покивал Даратас.

Оля только сейчас поняла, что речь шла о полном излечении синянки! Она даже ойкнула.

Очкарик посмотрел на неё. У девушки всё сжалось в груди. Она вдруг осознала, что её лицо уродливо и ужасно, живот пересекает кошмарный шрам, сама она растерзана судьбой и любовью. Очкарик вмиг вырвал на поверхность всю боль несчастной!

Однако внешне Оля осталась бесстрастна: её хорошо подготовил учитель. Очкарик усмехнулся.

– Это большое достижение, Даратас, – продолжил он. – Но вирус слишком силен, чтобы сдаться. Он будет точить выстроенные заслоны и искать уязвимости. Рано или поздно он найдёт их. Средствами системы мы можем выигрывать только время.

– Мне это хорошо известно, – не стал спорить Даратас.

– Сейчас важно правильно подготовить город к осаде. Строгонов, думаю, Сенат передаст тебе права главнокомандующего. Теперь под твоим началом будет двадцать тысяч испытанных воинов и не мене десяти тысяч ополченцев. Пока враг не придёт, используй их совокупную трудовую силу на подготовку укреплений, а также расширение Верхнего города. Нижний город надо превратить в сущий кошмар для врага.

– Хорошо бы это назначение произошло как можно скорее, – потёр руки неунывающий Строгонов.

Всё произошло ещё быстрее, чем он хотел. Когда первые корабли причалили в порт, представители Сената встречали Строгонова, как главнокомандующего.

Затем последовали бурная суета с высадкой, переход по ужасной дороге, заваленной незахороненными трупами, и жуткая толкотня и теснота в городе.

Стоит отметить, что на вновь прибывших граждане Республики смотрели с плохо скрываемой злобой и недоверием. Не прошло и часа, как начались первые стычки, поножовщина и смерть.