Шрифт:
Я снова поцеловал ее и обнял за плечи:
— Давай подумаем… в моей школе было отличное место для встреч на третьем этаже под лестницей. Там столько всего происходило!
— Джексон! — услышал я голос из-за двери.
Мы с Холли так и подскочили на месте, а потом вышли из раздевалки и направились в зал. Там я увидел отца, который расхаживал из стороны в сторону, глядя на ужасный беспорядок, который мы оставили.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я у него и почувствовал, как Холли напряглась и спряталась у меня за спиной.
— Что тут, черт возьми, произошло? — удивленно спросил отец.
— Я упал с лестницы, — объяснил я.
Он достал телефон и принялся нажимать кнопки.
— У нас появилось небольшое… семейное дело, которым нужно немедленно заняться.
— Сейчас? А как же клуб? — удивился я.
— Я могу все убрать, — едва слышным шепотом вызвалась Холли.
Отец покачал головой:
— Я вызвал сюда кое-кого. Через пару часов здесь все будет блестеть.
— Тогда я, наверное, пойду, — сказала Холли, направляясь к служебной раздевалке.
Я пошел за ней и взял свои вещи.
— Еще раз спасибо… за то, что осталась. Ты могла этого не делать.
Она посмотрела на моего отца через открытую дверь раздевалки, потом перевела взгляд на меня и быстро поцеловала в губы.
— Кстати, Джексон, в моей школе нет подходящей лестничной площадки, и внутрь невозможно попасть без удостоверения учащегося. Так что мне придется сказать друзьям правду.
— Если хочешь, — произнес я, улыбнувшись.
Похоже, она только что снова стала моей девушкой. Снова.
— Я подожду тебя на улице, — сказал отец, направляясь к выходу.
Холли снова улыбнулась и, прислонившись к стене, заметила:
— Честно говоря, он меня немного пугает.
— А я?
Она сделала шаг вперед и взяла меня за руку.
— Чаще всего ты заставляешь меня волноваться, но в хорошем смысле.
Я поцеловал Холли в лоб, потом мои губы переместились по ее щеке ближе ко рту. Но тут загудел телефон, который я по-прежнему сжимал в руке. Застонав, я открыл его и прочитал сообщение от отца: «Немедленно на выход!»
— Мне нужно идти. Увидимся завтра? — Я набросил свою куртку ей на плечи, чтобы она не замерзла по дороге домой, и выбежал из клуба.
Отец ждал меня на улице.
— Садись в машину! — он показал на черный автомобиль, стоявший у тротуара.
Я нырнул на заднее сиденье и оказался рядом с высоким человеком, лицо которого невозможно было разглядеть в полумраке. Но я все равно узнал того самого мужчину в синем костюме, который вел меня в подземное отделение больницы, и ко мне тут же вернулся утренний страх. Я потянулся к двери, чтобы выпрыгнуть из машины, но отец уже изо всех сил нажал на газ.
— Что он здесь делает, черт возьми? — Я отодвинулся от своего соседа как можно дальше и схватился за ручку двери.
— Тебе знаком шеф Маршалл?
— Да, мы встречались, — успел произнести я, прежде чем этот псих прижал полотенце к моему лицу.
Плохи мои дела.Я привалился к холодному стеклу и отключился.
Глава двадцать третья
Суббота, 13 октября 2007 года,
02 часа 00 минут
Первым, кого я увидел, с трудом разлепив глаза, был пожилой человек, склонившийся надо мной и светивший крошечным фонариком мне в лицо. Запах той химической отравы, которую они использовали, чтобы отключить меня, похоже, въелся мне в ноздри.
Я лежал на кушетке в помещении, которое ничем не отличалось от обычной комнаты. Прикрывая рукой глаза, я спросил:
— Доктор Мелвин? Что вы здесь делаете? Где я?
Отец подошел ко мне со спины и включил лампу на прикроватном столике.
— Это секретное помещение, поэтому нам пришлось усыпить тебя.
— Секретное в том смысле, что мой разлагающийся труп будет здесь надежно спрятан? — съязвил я.
Мелвин снова подошел ко мне с фонариком, но я отвел его руку:
— Прекратите сейчас же!
— Он всего лишь хочет проверить, в каком ты состоянии, — прогудел низкий голос из другого угла комнаты.
Он был здесь, мне это не привиделось. И что они имеют в виду, называя его «шеф»? Если отец — агент Майер, то шеф Маршалл должен быть начальником… чего-либо.