— Ой, да прекрати ты!

Виктор раздражённо взглянул на меня и зашагал дальше по аллее. Я пошёл вслед за ним.

— Слышал просто, — сказал он через плечо. — Многие пытались её пригласить. Она всем отказывает. Говорят, парень у неё есть, и она с ним давно, ещё со школы. Не знаю, правда или нет.

Я остановился. Окрепший ветер нёс по дороге снежную пыль, но я уже не чувствовал холода.

— Извини, — сказал я.

— Да ладно, что там, — сказал Виктор. — Я тебя понимаю. Ты ведь на неё давно ещё запал. Потом… может, и неправда это. Может, у вас…

Мимо нас торопливо шли студенты, кутаясь в одежду и прикрывая лица. Ветер был таким ровным и сильным, что казалось, будто его создают не перепады атмосферного давления и высот, а огромная, работающая на полную мощность турбина.

Виктор терпеливо стоял рядом, но потом, наконец, не выдержал и сказал:

— Пойдём. Скоро пара. Да и я сейчас окоченею.

Я кивнул, но не сдвинулся с места. Вместо этого я достал суазор и долго смотрел, как по его испорченному экрану плывут цветные призрачные кляксы.

Я написал ответ:

"Я буду ждать".

Лида пришла вовремя, хотя я был почему-то уверен, что она опоздает. В отличие от меня она была одета совсем по-зимнему — тёплые брюки, длинная куртка с воротником из искусственного меха. Волосы она заплела — я второй раз в жизни видел её с косой.

Я ждал её на улице. Она вышла через открывшиеся с тонким шипением двери и недовольно посмотрела на меня.

— Я имела в виду внутри, — сказала Лида. — Чего ты сюда-то вышел? Не замерз ещё?

— Мне не холодно, — сказал я.

— Зайдём внутрь, — сказала она.

Мы встали неподалёку от входа, хотя могли бы пройти в буфет или в одну из пустых аудиторий. Лида всем своим видом показывала, что торопится, поэтому я не решился ничего предложить.

— Так о чём ты хотел поговорить? — спросила Лида.

— Я хотел бы извиниться, — начал произносить я заранее отрепетированную речь. — Мне очень нравилось встречаться с тобой и… если я сделал что-то не так…

— Ты здесь не причём, — перебила меня Лида.

Она вдруг замолчала. Я смотрел ей в глаза.

— Давай сходим вместе куда-нибудь, — сказал я. — Можно после зачётов, если у тебя сейчас нет времени. Помнишь то звёздное кафе? Или…

— Я не против, — сказала Лида, — но… Ты понимаешь, всё сложно. Я сама запуталась. Мне просто нужно время.

— Я ждал больше месяца, — сказал я, сам удивляясь своей храбрости. — Сколько ещё тебе нужно времени?

— Я понимаю, прости, — Лида опустила голову. — Это сложно объяснить, но…

— У тебя кто-то есть? — спросил я.

Лида нахмурилась, и я тут же пожалел, что задал этот вопрос.

— Здесь не место, — сказала она. — Давай потом? Всё… сложно, и я…

— Потом? — спросил я.

Лида вздохнула и оглянулась. Можно было подумать — она боится, что кто-то подслушает наш разговор.

— Мы могли бы… — неуверенно начал я, — сходить куда-нибудь, поговорить. Если ты не хочешь здесь.

— Сходим, — сказала Лида. — Но потом. А пока…

— После зачётов? — спросил я.

После того, как Лида ушла, так ничего и не объяснив, мне захотелось снова поехать в город — на окраину, к космическому театру — и, несмотря на холод, бродить по улицам всю ночь напролёт. Я уже сидел в электричке, когда получил сообщение от матери:

"Только что прошла полное обследование. Есть проблемы. Приезжай".

Я навещал её последний раз больше месяца назад, хотя она постоянно приглашала меня к себе. Мать всегда жаловалась на проблемы со здоровьем, поэтому я не придал особого значения её сообщению, но всё же ответил, что ненадолго заскочу и пересел на другую линию монорельса.

Она ждала меня, сидя за столом, на котором стояла чашка с холодным чаем. Ни один из экранов не работал. В квартире повисла тягостная тишина.

Мать обняла меня, поцеловала в лоб и долго смотрела так, словно мы не виделись несколько лет. Я уже ожидал, что она скажет, как сильно я изменился.