Впрочем, я не особенно удивлялся.

О Соколовском в технологическом складывали легенды, и зачёт по, казалось бы, безобидной истории колонизации считался одним из самых сложных. Говорили, что старик вообще не приемлет пересдачи и, если кому-то не повезло сдать ему с первого раза, можно сразу писать заявление на перевод.

Я стоял вместе с Виктором у широкого, похожего на прямоугольный иллюминатор окна, затянутого дымчатой поволокой электронных жалюзей, превращавших в вечер солнечный день. До начала зачёта оставалось минут пятнадцать, но Соколовского всё ещё не было. Я даже думал — вернее, надеялся, — что зачёт отменили, однако на суазор никаких извещений не приходило.

В коридоре стоял гомон, как на станциях в час пик. Не нужно было даже прислушиваться, чтобы понять — все обсуждают предстоящий зачёт. Или последние события на Венере.

Рядом с приоткрытой дверью в аудиторию стояла высокая девушка с чёрными волосами.

Лида.

Она держала суазор, как книгу, и быстро проводила по экрану пальцем, перелистывая какие-нибудь фотографии, а может, и конспекты лекций. Её подруга Анна нервно переминалась с ноги на ногу, искоса подглядывая на суазор в руках Лиды, и что-то негромко комментировала. Со стороны можно было подумать, что Анна просто беззвучно открывает свой некрасивый полный рот, как немая рыба. Лида молча кивала головой и едва заметно улыбалась одними уголками рта, как будто стесняясь своей улыбки.

Как же она была красива…

Я познакомился с ней, когда ещё учился на подготовительных, однако дальше простого обмена ничего не значащими фразами дело не пошло — помню, как я волновался, часто вздыхая и заламывая руки, и думал только о том, чтобы придать своему дрожащему голосу уверенности и лёгкого безразличия, как если бы у меня на самом деле не перехватывало дыхание при одном взгляде на неё.

— Придёт или не придёт, вот в чём вопрос, — сказал Виктор, забавно подняв над головой суазор с открытым расписанием занятий. — Впрочем, мне кажется, это он нарочно.

— Нарочно тянет время? — спросил я.

— Ага! — кивнул Виктор и, сложив суазор, как лист бумаги, засунул его в карман. — Он ещё тот садист! Ты погляди вокруг. Все как на иглах. Небось, сидит где-нибудь и наблюдает за нами по монитору.

Я продолжал смотреть на Лиду. Она медленно пригладила пальцами волосы на висках и, задумчиво посмотрев куда-то в сторону, поверх суматошной толпы сокурсников, улыбнулась и отдала подруге суазор.

— Ещё десять минут осталось, — сказал я.

— Что? — переспросил Виктор.

— Ещё минут десять осталось, — повторил я. — Пока что это нельзя считать опозданием.

— Ой, да ладно! — Виктор небрежно махнул в мою сторону рукой. — Он же всегда раньше времени… Это из-за зачёта, поверь.

— Ладно, — согласился я. — Пусть из-за зачёта.

Лида по-прежнему стояла рядом с Анной у входа в аудиторию. Я вдруг подумал, что сейчас самая удачная возможность с ней о чём-нибудь заговорить — пока у меня есть ещё эти минуты, пока ещё не появился Соколовский. Я мог бы спросить её о зачёте, о том, успела ли она выучить билеты, о событиях на Венере, в конце концов. Однако я продолжал стоять и беспомощно смотреть, как она улыбается и поправляет причёску.

— Ты так и не подошёл к ней? — спросил Виктор, заметив мой взгляд.

— Что? К кому? — вздрогнув, спросил я.

— Ой, ладно, не прикидывайся! — сказал Виктор. — Я вон… — Он показал на девушек пальцем. — Я про Лидку.

— Убери руку! — зашипел я и дёрнул его за рукав.

— Ага, всё понятно, — осклабился Виктор. — Ты ведь давно уже по ходу, да?

— Что давно? — сказал я.

Виктор вздохнул.

— Ох, да шут с тобой! — сказал он и, сделав вид, что обиделся, снова занялся суазором.

Анна продолжала что-то рассказывать Лиде, беззвучно шлёпая толстыми губами, но Лида теперь просто кивала в ответ головой и беспокойно посматривала по сторонам, словно искала кого-то. На секунду наши глаза встретились, но я тут же опустил голову.

— А ты знаешь её? — спросил я у Виктора.

— Знаю? Что значит — знаю? — сказал Виктор. — Мы вроде как учимся вместе. Я всех тут знаю.

— Прямо-таки всех? — спросил я.

— Ну, почти, — сказал Виктор.

— И… — неуверенно начал я. — И что… Она…

Виктор, наконец, отвлёкся от своего наладонника.

— Ты хорошо её знаешь? — выдавил я из себя.

— Да не сказал бы. Так, болтали пару раз… Вообще она есть у меня в соцветии… — Виктор провел пальцами по экрану суазора. — Она там пишет иногда всякие комментарии о преподах. Или вот про Венеру последний раз выступала. Ну, знаешь, всё в таком стиле — посмотрите, какая я умная и прекрасная.