– Нашего с вами земляка. Кстати, вы, может быть, его знаете – он тренер по бодибилдингу, Виталий Соловьев.

– Лично незнаком, – тут же отрезал Валерий Васильевич. – Но слышал… И, по-моему, кстати, Карел ходил заниматься именно к нему.

– Вот как? – насторожилась Лариса.

– Да, кажется, к нему… По крайней мере, его там видел еще один наш игрок, заглянувший туда чисто случайно.

– Кстати, Валерий Васильевич, а вы не подскажете, может быть, Карел с кем-то дружил из команды?

Плотников задумался. Думал где-то с полминуты, потом с каким-то виноватым видом ответил:

– Да вроде не припомню я ничего такого. У Карела со всеми были ровные отношения. Правда, некоторые ребята его не очень любили – но это понятно, какой-то чех лишает их места в основном составе. Ну, может, только с Григорием Лавровым, левым хавом нашим… Да нет, к тому же Григорий сейчас далеко, он от нас еще прошлой осенью ушел… Так что никто вам ничего не скажет. У нас все были удивлены его поведением, все!

В голосе Плотникова зазвучала обида. Он продолжал:

– Это ведь надо же, губернатор такие планы строил, а он взял и… Слов даже не подберу. Глядя на него и другие начали спустя рукава играть. Вон двое просятся уйти. Ведь сам попросился к нам, а потом нас подставил! Кто так делает? Сказал бы по-нормальному, что, мол, нужно уехать… Или предложение какое поступило хорошее – мы же не знаем!

– А что, если у него была в Тарасове совсем другая цель? Может быть, у него были какие-то другие мотивы, не связанные с футболом? – подсказала Лариса.

– И что же он здесь весь год, по-вашему, делал?

– Это я и хочу выяснить. И, кроме того, зачем он уехал в Чехию вслед за своим тренером? Я имею в виду не вашего тренера, футбольного, а Виталия Соловьева… А ведь Соловьев найден мертвым в окрестностях Кладно!

Плотников впервые за время разговора остолбенел.

– Ч-черт! В голове не укладывается! Ч-черт, а!

– Ну а если я права и Карел действительно преследовал здесь какие-то свои цели, то к вам в клуб он точно не вернется, – осторожно заметила Лариса.

– Да это уж… – Валерий Васильевич развел руками. – Не знаю уж как это воспринимать. Может, это и к лучшему. А то ведь скандал будет! Если все так, как вы говорите, – скандал будет! Ведь и болельщики, и губернатор, и спонсоры… Да и в Москве могут ухватиться за это, где-нибудь нам напортить…

Плотников с каждой фразой сокрушался все больше и больше, увеличивая амплитуду и частоту сокрушенного качания головой. До него, похоже, начал доходить смысл услышанного. Он ужасался и удивлялся все больше.

– Я вообще-то еще не сказала, что это именно Карел совершил убийство, – постаралась успокоить его Лариса.

Но Плотников уже находился во власти своих эмоций. Он мрачнел на глазах, живописуя Ларисе те последствия, которые обрушатся на них в случае виновности Карела. Прощаясь, он дал Ларисе адрес и телефон Карела Немеца в Чехии.

Суммируя все полученные сведения, Лариса убедилась в необходимости своей повторной поездки в Чехию. Она позвонила Байбаковой и сообщила ей об этом. Попутно спросила у Алевтины Федоровны, не знает ли она футболиста по имени Карел Немец и подробности его отношений с Виталием Соловьевым. Увы, та не смогла ответить ничего вразумительного.

Поездка Ларисы в спорткомплекс также не принесла особых новостей. Знавшие Виталия Владиславовича «старички» секции вспомнили молодого чеха, который занимался в его группе несколько месяцев. Но ничего конкретного об отношениях между ним и Соловьевым не сообщили. Никто не заметил ни каких-то особых отношений, ни тем более конфликтов между тренером и Карелом. А допрошенный с пристрастием на эту тему Котов вообще заявил, что это чушь собачья – подозревать молодого парня в убийстве Соловьева. Евгений в сущности не знал этого Карела – футбольным болельщиком он не был, а внимания особого в спорткомплексе на чеха не обратил, предпочитая общаться или с Соловьевым, или с другими сверстниками, любителями бодибилдинга. Это были в основном бизнесмены, пытавшиеся сохранить физическую форму или пришедшие в секцию из соображений престижа. Напоследок Евгений осторожно намекнул Ларисе, что она занялась отработкой слишком авантюристической версии.

Но сама Лариса уже сделала выбор, и через несколько часов после разговора с мужем она поспешила на вокзал – назавтра поезд должен был привезти ее в Москву, а к вечеру самолет – доставить в Прагу.

Следователь Йозеф встретил Ларису почти радостно. С европейской корректностью и радушием он улыбнулся даме и сообщил, что полиция изготовила фоторобот того самого неизвестного бородача, которого видели в день убийства Соловьева в окрестностях Кладно.