Но не успокаивался Дмитрий Степанович. Покой только снился ему в благостных снах. Он снова отправился в поход. Правда, теперь уже не за синие моря, а за зеленые долы – всего лишь в стольный город Москву. Теперь за косметикой. Торговал коробейник помадой и тушью, почитай, год. Снова накопил сумму. Но не учат некоторых грабли, и снова уже слегка постаревший Дмитрий Степанович наступил на них, погнался на автобазаре за дешевизной. Иномаркам теперь он говорил свое твердое автолюбительское «нет» – слишком много платить за техобслуживание и качественный бензин. Дмитрий Степанович теперь патриот – он выбирает «ВАЗ».

Берет он себе подержанную «восьмерочку», невзирая на протесты жены с тещей, – в машину садиться неудобно, дверей мало, да и цвет, на их бабий взгляд, больно неудачный. Степаныч в своей обычной эмоциональной манере возражает: машина, мол, хорошая, быстрая и, главное, дешевая. На целых десять тысяч рублей дешевле аналогичной, которую ему предлагали на том же автобазаре чуть правее в ряду.

Проходит, однако, два месяца, и снова начались проблемы. Правда, на этот раз виноват был еще и сам Степаныч: пару раз не туда въехал, потом не увидел на дороге люк и задел об него картером. В результате – несколько ремонтов и настойчивый совет знающих людей – продавай. Степаныч сопротивлялся: «Как это продавать?! Я ее только купил! Такие деньги отдал!»

В ближайшее же воскресенье Городов пережил шок: на рынке ему предложили за его «восьмерку» на десять тысяч рублей меньше, чем он заплатил… Короче, еще месяц он внутренне переживал неминуемые потери, канючил перед начальницей, чтобы та подняла ему зарплату, экономил на хлебе. Наконец прекратил выпендриваться и с помощью своего старого приятеля купил более или менее приличную «шестерку».

На этой-то машине он и разъезжал уже второй год подряд. Правда, не очень часто – бензин стал дорог, а Городов по своему обычаю экономил. Во всяком случае, он отказывался ездить на дальние расстояния, когда об этом его просила жена, а особенно – теща, их проблемы не казались Степанычу серьезными. Вот и сегодня он даже сам не стал садиться за руль, решив, что быстренько смотается по делам пешком.

В душе Дмитрий Степанович был очень зол на дилеров, которые облапошили его как с первым, так и со вторым авто. И много раз, залезая в ванну и размышляя о бренном своем существовании, чесал кулаки по поводу этих недостойных людей. Вот встреться они ему еще раз… Ух! Дмитрий Степанович и сам не знал, что бы он с ними сделал. Но уж точно что-нибудь нехорошее.

В этот день, правда, он совсем даже не думал о тех печальных временах, когда люди так нагло посмеялись над мечтой его юности. Он съездил по делам, воспользовавшись отсутствием Ларисы Викторовны, и собирался возвращаться на работу.

Степаныч очень спешил. Он потратил больше времени, чем рассчитывал, и боялся, что Лариса уже вернулась из футбольного клуба и может поинтересоваться, куда это он запропастился в рабочее время. Дмитрий Степанович ускорил шаг и даже проклял в душе свою скупость, по причине которой он так и не стал садиться в свою машину.

«Надо же, футбольный клуб! – в очередной раз подивился про себя Городов. – Чего ей там понадобилось? Зачем еще баба туда поперлась? Или это Котов решил заделаться футболистом? Совсем съехал на старости лет! Мозги, наверное, уже пропил. Хотя… У этих богатых свои причуды».

Оставшиеся два квартала до ресторана Степаныч уже почти бежал. Он не смотрел по сторонам, глядя себе под ноги, и в результате налетел на какого-то здоровенного детину. Городов матюкнулся и хотел было назвать детину мудаком, но, взглянув на него, передумал. Все-таки парень и впрямь был здоровенным, а до ресторана оставался еще целый квартал. Поэтому Степаныч просто поспешил дальше. На ходу он подумал, что лицо парня кажется ему знакомым. И весьма неприятно знакомым. Но вот где и когда он мог его видеть?

Но сейчас Дмитрия Степановича волновало только одно – успеть в ресторан до прихода начальницы. Каково же было его удивление, когда он влетел в «Чайку», встал в сторонке отдышаться и тут увидел, что в холл ресторана входит тот самый детина с очень коротко стриженными черными волосами и явно восточными чертами лица. Вид у него был сосредоточенный. Остановившись посреди холла, он обвел его глазами, как бы разыскивая, к кому ему обратиться. Степаныч вспомнил о своих функциях администратора и поспешил навстречу посетителю.

– Здравствуйте, что вы хотели?

Парень не очень уверенно, оглядев не внушающего доверия дядьку, сказал:

– Ларису Викторовну увидеть.

Степаныч отметил, что на лице парня появилось озабоченное выражение, он пристально смотрел на администратора, словно пытаясь что-то вспомнить.

– А ее нет. Вы по какому вопросу?

– Да у меня там… – повертел парень руками в воздухе. – Дело, короче…

– Дело… – скептически повторил Степаныч и вдруг вспомнил.

Случилось это почти по Зощенко: «Ах, вот ты мне и попался, рыбий глаз!» Степаныч узнал этого типа. Равиль, кажется… Да, это он, он, злой татарин, продал наивному Дмитрию Степановичу, тогда еще просто Мите, желтый «опелек», подорвавший свое здоровье на польских дорогах! Ох, сколько раз снился он потом Дмитрию Степановичу! И вот час расплаты, кажется, наступил…