Задумчиво поболтав ложечкой в чашке, визави ответил:

– Если честно, Максим Александрович, то нас они тоже устраивают. Приятно иметь дело с думающим взрослым человеком.

Нас? Дело?

– Относительно ваших «значимых событий»… Полагаю, я могу дать правильный ответ о причинах их возникновения.

Фигассе! Похоже, мечты сбываются. Весьма громкое утверждение, и как-то сразу захотелось узнать подробности.

– Единственное: мне бы не хотелось делать этого здесь. Кафе – не лучшее место, чтобы обстоятельно ознакомиться с конфиденциальными документами.

Это, часом, не подстава? В расчете на патологическое любопытство клиента? Зря я, наверное, отказался от мысли носить с собой «Рейтар». А необходимую для покупки легального ствола справку полиция выдаст только после окончания следствия по убиенным террористам – таковы правила.

Задаю закономерный вопрос:

– Какие имеются основания вам верить?

Из внутреннего кармана пиджака извлекаются солидные бордовые «корочки» с гербом… Среднерусской конфедерации? Золотистые буквы «Дипломатический паспорт» подтверждают наблюдение.

В первый раз в этом мире вижу похожий на наши документ – до этого одни пластиковые карточки.

Прижав уголок второй страницы, мужчина зажигает подтверждающую личность голограмму и протягивает документ мне:

– Ознакомьтесь.

Что же, вроде все правильно. Ни разу не видел настоящий, но и этот на липу не похож. Солидно и внушает уважение. Сработано на государственном уровне. Возвращаю паспорт владельцу:

– Хотите сказать, что ваше правительство заинтересовано в решении моих личных проблем? Я правильно вас понимаю, господин дипломат?

Тонкая усмешка показывает, что он уловил иронию:

– В некотором роде – да. Поэтому предлагаю пройтись полквартала до ожидающей нас машины и уже там спокойно обсудить ряд вопросов. Важных, в первую очередь, для вас.

Прикидывая обстановку, не спеша допиваю чай.

Нас видели бармен и несколько посетителей. Такими вещами, как дипломатический паспорт, из-за дешевых понтов козырять не будут. Надо соглашаться.

Встаю, прихватываю сумку:

– Хорошо. Пойдемте.

Просторный салон «Дойча-Прима» приятно впечатлил солидностью, основательностью и комфортом. Водитель остался за непрозрачной перегородкой, зеркальные стекла односторонней прозрачности не оставили шансов увидеть что-то с улицы, матовый плафон под потолком дает приятный рассеянный свет.

– Вот обещанные документы. Изучайте не торопясь – во времени мы не ограничены.

– Благодарю вас.

Выписки, копии, дубликаты… Бумаги в пластиковом скоросшивателе сложены в логической последовательности, абсолютно все заверены серьезными организациями и уполномоченными лицами и не оставляют сомнений в подлинности.

Я оказался прав – дело в деньгах. Даже прав дважды – и в наследстве.

При достижении возраста тридцати пяти лет Максик должен был вступить во владение более чем солидным капиталом отца. Ценные бумаги, нехилый пакет акций моей «любимой» Би-Пи корпорэйшн, доли в разнообразных фирмах (все с участием иностранных инвесторов, то есть надежные). И кто сейчас распоряжается этим несметным богатством? Кто же мой наичестнейший опекун? Блин, как-то и не сомневался: господин Кройман. Вот они, истоки безграничной отцовской любви. Понятно, что в случае моей скоропостижной смерти от безупречно естественных причин именно досточтимый Эдуард Львович становится единственным законным наследником всех вышеперечисленных ништяков.

Почему я не удивлен?

Правда, осталась пара вопросов, но это потом. Сначала – копии экспертиз автомобильной аварии, в которой погибли Максовы родители и кое-какие материалы следствия.

Уже не сомневаясь в выводе, так же внимательно их изучаю.

М-да, неудачного вы выбрали партнера, дорогой папа Александр Всеволодович. Прямо говоря, конченую сволочь. Ему вы обязаны быстрым переходом на тот свет. Вместе с маман.

Даже как-то пристрелить гаденыша захотелось. Экспансивная девятимиллимитровая пуля в благообразный лобик – что может быть приятнее? Или переговорить с Климом относительно снайперской винтовки? Парочку сегментных «турбин» в брюхо, чтобы мучился подольше?..

– Максим Александрович?..

С сочувственным лицом визави протягивает округлый бокал с благородной жидкостью, вернув пузатую бутылку элитного коньяка в открытый мини-бар.

– Полагаю, вам не помешает.

М-да, что-то я разошелся. Надо быть поспокойнее. Это ведь не моя жизнь, кстати, и не мои деньги.

– Спасибо.

Как когда-то давным-давно – ломтики присыпанного сахаром лимона и понимающий собеседник. Только откровенничать с ним не стоит.

– Ваше мнение о документах?