Поднялась на второй этаж, номер, если я правильно расслышал, двадцать второй. Вынутый из сумки смартфон встал в кредл на журнальный столик, обеспечив вполне пристойный обзор со второй камеры.

Итак, будем ждать.

Где-то через час Элен позвонила мне. Пожелать спокойной ночи и поворковать на ночь:

– Знаешь, милый, мне немного неловко об этом говорить, но я все еще словно чувствую твою великолепную спортивную фигуру. Макс, ты бесподобен! И скажу тебе честно: мне совсем не хотелось с тобой расставаться после нашего замечательного вечера. Вот сижу сейчас на постели и думаю только о тебе.

– Элен, и я хочу признаться: твой прекрасный образ занимает все мои мысли. Ты невероятно притягательная, красивая девушка. И ты мне очень нравишься.

– Ты мне тоже, Макс. Настолько, что я совершенно теряю голову рядом с тобой. А когда мы расстаемся, тоскую и с нетерпением жду новой встречи.

– Мы встретимся завтра, милая. Нас опять ждет незабываемый вечер.

– Макс, я бы хотела закончить его вместе с тобой. Приехать к тебе, посмотреть, как ты живешь, поговорить, обсудить наши чувства…

– Я тоже этого хочу, Элен…

И дальше в том же духе, с ласковыми и проникновенными нотками в голосе. Все очень мило, трогательно и влюбленно. Разве что выражение лица прекрасной дамы совсем не соответствует ее мелодичному голосу. Особенно в тот момент, когда она нажала кнопку отбоя. Искривившая красивые губы усмешка показалась уж очень циничной.

М-да… Прости, милая, но секс с тобой исключается. Ничего личного – просто «по техническим причинам». Опасаюсь я, видишь ли, подхватить от тебя особо интимный «подарок», с которым обычные средства контрацепции не справляются.

К слову, необычные «контрацептивы» тоже имеют место быть. Думаю, сегодня ночью ты с ними познакомишься.

Как и положено посланцам Тьмы, Ан заявилась к «сопернице» в самое подходящее время – в три часа ночи, когда Элен уже давно безмятежно спала.

Настроив ноут, и я регулярно придремывал у темного экрана. Засветившийся дисплей и голоса из динамиков мгновенно согнали сонное оцепенение:

– Нам надо поговорить, Элен.

Не знаю, это эффект камеры, или Анна намеренно придала себе такой вид, но кожа девушки светится мертвой молочной белизной. Остановившаяся у столика суккуба видна прекрасно, пусть и с непривычного ракурса.

– Как ты сюда вошла?

Сразу чувствуется профессионал: включившая бра киллерша уже бодра и сосредоточенна. Судя по голосу, сна ни в одном глазу.

– Сейчас тебя должен интересовать другой вопрос. И от правильного ответа на него зависит очень многое, в том числе и твоя жизнь.

– Думаю, пора вызвать полицию.

Попытавшаяся добраться до телефона Элен отброшена назад на кровать. Резко и жестко, одной левой, без видимого напряжения. Да, сил у демонов немерено – читал об этом.

– Сиди смирно, женщина. Выслушай то, что тебе хотят сказать.

Заметно, что «Черная вдова» занервничала:

– Кто ты такая?

Я бы рассказал. Но, думаю, Элен и сама скоро получит ответ на вопрос. Она уже начала его получать – попавшая в объектив камеры тонкая девичья кисть Анны трансформируется на глазах, как в фильмах ужасов. И, кажется, начинает меняться лицо.

– Ты должна оставить Макса в покое.

Это уже не голос Анны. Он грубее и ниже на два тона.

– Ты его не любишь, я это вижу. Поэтому сейчас сядешь за стол и напишешь ему письмо о полном разрыве отношений. Потом соберешь вещи и навсегда покинешь этот город. Тебе все понятно, женщина?

Лично мне уже понятно все. Сначала решили запугать. Можно сказать, добрые демоны.

Кажется, что-то стало доходить и до киллерши. Она повторила вопрос:

– Ты кто?..

– Делай, что тебе говорят!

– Хорошо.

Кажется, я ее переоцени…

Послушно направившаяся к журнальному столику Элен подхватывает по дороге стул и… внезапно обрушивает его на Ан!

Вот это удар! Демонесса остается на ногах (мебель вдребезги), но на миг теряет инициативу. Элен успевает воспользоваться моментом. Теперь Ан грозит клинок весьма нехилого стилета. Судя по стойке и движениям киллерши, владеть им дама умеет.

Без лишних слов суккуба идет в атаку.

Серия молниеносных ударов и уклонений, резкий выпад… полный ужаса, боли и отчаяния хрипящий стон. Вздрогнув еще пару раз, тело Элен безвольно обвисает в том, во что превратились тонкие девичьи руки Анны. Жуть полная.