– А ты где живёшь? – тотчас спросил Ахмед.

– Так где мне жить-то? – ошарашено переспросил Вася. – Известно где, в тринадцатом доме. Вот он в нашем доме, как раз в тринадцатой квартире и проживает.

Ахмед мгновенно поднялся, пожал руки любителям пива и скоренько двинулся к машине, оставленной за забором.

– Эй, мужик, пиво забыл, – бросил ему вслед сторож Вася.

Но Ахмед, не оборачиваясь, махнул рукой и скрылся за воротами.

– Вот те на? – изумился сторож Вася, отхлёбывая дарёное пиво. – И этот понёсся, как на собственную свадьбу. Чего это им всем наш экстрасенс понадобился? Зайду завтра же к Александрычу, предупрежу. Кабы чего не вышло.

Ахмед вёл машину чисто автоматически. Мысли его были заняты внезапно открывшимся обстоятельством.

– А этот итальяшка, прыток-то как, – возмущался он, осторожно тормозя машину перед светофором. – Экстрасенса ему подавай. Ну и нырял бы, Ихтиандр хренов, годик-другой в заливе. Так нет, ему всё сразу надо. Как бы не так.

Он подъехал к дому, где, по словам сторожа, проживал этот чудной экстрасенс. Но в квартире на пятом этаже его ждала неприятность. Супруга Сан Саныча вовсе не удивилась визиту незнакомца.

– Но его нет дома, – огорошила она визитёра.

– А когда его можно увидеть? – дипломатично спросил Ахмед.

– Сейчас он работает в Таиланде, ищет гробницу первого царя тайцев. Затем посетит Южную Африку, где даст геологам консультации по поискам нефти, и через Израиль вернётся домой не ранее конца месяца. Оставьте визитку. Как только он вернётся, мы вас известим. А вы по какому вопросу?

– О, я хотел побеседовать с Александром Александровичем на интересующую обоих нас тему, – уклонился от расспросов Ахмед, с поклоном передал супруге мастера визитку и попрощался.

– Какие люди у нас в Находке, а мы и не знаем. Весь мир с ним работает, а мы золотую статую у себя дома отыскать не можем, – удивлялся он, садясь в машину. – И надо же так случиться. Живёт в тринадцатом доме, в тринадцатой квартире. Прямо чертовщина какая-то. А это кто такой подъехал? – обратил Ахмед внимание на скоренько подскочившую к дому серенькую «Тойоту».

Стараясь остаться незамеченным, он мрачно проследил за прытко выскочившим из «Тойотки» итальяшкой, проводил его взглядом до первого подъезда, где проживал отсутствующий ныне дома экстрасенс. Опять дорогу к удаче ему пересекает этот противный Дэн-Джулиано. В голове у Ахмеда возник некий не простой план, который ему придётся осуществить. Когда из тёмного подъезда обратно уже не так прытко появился знакомый силуэт пухленького итальяшки, Ахмед резко нажал на педаль акселератора. Машина рывком взяла с места и скрылась за углом дома.

Утром ребят разбудили птицы. Солнце было ещё надёжно спрятано за сопками. Оно должно было появиться в узком каньоне долины ручья только лишь к полудню. Но пернатые таёжники так точно угадали его появление где-то там, за сопками, словно увидели его над горизонтом, и ровно в шесть часов подняли в тайге такой гвалт, что спать ребятам стало вовсе невозможно. Пришлось вставать спозаранку и приступать к обычной таёжной утренней канители. Пашка, по обыкновению, побежал за хворостом, а Сашка стал колдовать над костром. Ребята дали чуточку понежиться в палатке Марине, учитывая её ночные страхи и принадлежность к слабому полу.

Но Марина недолго пользовалась своим преимуществом. Вскоре и она потянулась за ребятами, зазвенела в её руках у ручья посуда, а над костром уже закипали два закопченных котелка – один для крепкого чая, а второй для скорой овсянки с тушёнкой.

Перед завтраком Паша быстро обежал окрестности, и вернулся задумчивый, чем-то явно озадаченный.

– На этом высоком кедре, как раз над нами, в расщелине ствола гнездо имеется. Сложено из хвороста, как положено, но размеры его, словно для слона кто-то приготовил. Метров пять в диаметре. Можете посмотреть. Вон оттуда, из-за ручья его хорошо видно.

– Так что же получается, наше ночное чудовище там живёт?

– Скорее, это его наблюдательный пункт, – вступила в разговор Марина. – Под гнездом нет остатков пищи и прочих примет гнездовья. Видимо дело в другом. К Пидану нет другой удобной дороги. Только по этому ручью можно подняться к нему со стороны Находки. Очевидно, сторож Пидана встречает здесь гостей, старается прояснить их цели.

– Дорога есть другая. От станции Наречная за Партизанском туда ведёт широкая туристская тропа. По ней постоянно туристы толпами летом ходят. Вот там бы и ставил свой дозор этот монстр, – заметил Сашка.

– Резонно. Но, очевидно, его простые организованные туристы не интересуют. Это обычно либо пенсионеры, либо школьники, шумный беспечный, вовсе не опасный народ. А этой тропой, наиболее трудной и короткой, на Пидан поднимаются те, кого это существо отслеживает и не хочет пускать в свои места. Это охотники, корневщики, всевозможные уфологи, всякие прочие авантюристы. Я думаю, – добавил Паша, – что потому он и несёт здесь свой ночной дозор. Кого-то напугает, а кого-то недоброго и поранит. Известны истории, когда в районе Пидана на охотников и корневщиков нападал некий крылатый монстр. Одного он изранил едва не насмерть. Но этот охотник, спасаясь от непогоды, вошёл в его жилище, в пещеру на склоне горы Пидан. За что и был наказан жестоким образом.