— Из-за того, что я ее не поддержала. Я хотела, чтобы она сдавала выпускные экзамены вместе со мной. Я знала, что после годичного отсутствия она уже не сможет показать хорошие результаты. И я оказалась права. Она попыталась сбежать от трудностей. Но от них нельзя сбежать навсегда. Рано или поздно придется сделать то, что тебя пугает.

— Иногда страх бывает полезен, — мягко возразила я, — и бегство спасает.

— Ребекку оно не спасло, — стояла на своем Луиза. — А мне никто не помог ее удержать. Если бы ее родители были со мной заодно, ей бы не пришлось возвращаться в колледж через год и мерзкий Каспиан Фаради не затащил бы ее в постель.

— Я знаю об этом.

— Вот как? — Луиза, похоже, выпустила пар и теперь с удивлением уставилась на меня. — Вы знаете про Каспиана и Ребекку?

— Я с ним беседовала.

— Да? И что же он сказал?

— Так, кое-что.

Мой уклончивый ответ наверняка раздосадовал Луизу, но, будучи умной девушкой, она решила не настаивать.

— Я вообще не понимаю, — Луиза прищурилась, — почему вас интересует, что происходило с Ребеккой в Оксфорде. Это же не имеет отношения к ее смерти.

— Разве?

— Конечно. Ее убил маньяк. Ей просто не повезло. Она оказалась не в то время и не в том месте.

Я решила, что пора выложить карты.

— Понимаете, мы не уверены, что Ребекку убил Поджигатель. Вполне вероятно, это сделал кто-то из ее знакомых, пытаясь ввести нас в заблуждение и обставив все в духе серийного убийцы. Возможно, это был тот, кого она шантажировала. Или кто-то еще. На момент смерти у Ребекки было много проблем, и сразу несколько человек имели мотив для убийства.

— Кто, например? — спросила Луиза так тихо, что я еле разобрала слова. Во взгляде девушки читался неподдельный ужас.

Но я не успела ответить, потому что сзади, со стороны коридора, донесся шум. Обернувшись на стуле, я увидела в дверном проеме Гила Маддика, очень красивого и очень сердитого. Интересно, давно он здесь стоит? И что успел услышать? Маддик был босой, с растрепанными волосами и весь какой-то всклокоченный — не иначе только что из постели.

— Так-так-так! Смотрите, кто к нам пожаловал! Не иначе сам полицейский констебль Длинный Нос!

— Такого звания больше не существует, — спокойно заметила я. — Сейчас полицейских называют просто констеблями. А я констебль сыскной полиции. Если вам угодно, можете добавить Длинный Нос.

— Прошу прощения. — Он скрестил руки на груди. — Какая неожиданная встреча!

— Признаться, для меня тоже.

О чем же мы только что говорили с Луизой? Во всяком случае, о Маддике я еще не упоминала. Но какого черта он делает в ее доме?

Словно отвечая на мой вопрос, Гил обогнул стол, встал за спиной у девушки и запустил руку в ворот ее футболки, потом нагнулся и поцеловал в щечку. Все это время он не сводил с меня глаз, и я почувствовала себя третьей лишней… А потом разозлилась: этот нахал нарочно ставит меня в неловкое положение!

— Почему ты меня не разбудила, Лулу? Уже почти три часа дня.

Она казалась смущенной и вместе с тем торжествующей. Как странно! На ее щеках вновь заиграл румянец, который я заметила, только войдя в дом.

— Я думала, тебе надо отдохнуть. И потом, хотелось поговорить с констеблем Керриган наедине, чтобы нам никто не мешал.

Рука у нее за шиворотом дернулась и замерла.

— Так мне уйти?

— Кажется, мы уже закончили. — Она взглянула на меня вопросительно.

— Мне тоже так кажется. — Я испытывала панику, будто на моих глазах кто-то бежал к краю пропасти, не подозревая о грозящей опасности. — Но раз уж вы здесь, мистер Маддик, давайте перекинемся парой слов. Желательно наедине.

— Идите в гостиную, — с готовностью подсказала Луиза, — а я пока здесь приберусь. Включи пару светильников, Гил. Солнце уже зашло за дом, и там сейчас темновато.

Я прошла следом за ним в небольшую комнату, где главным предметом интерьера служила огромная абстрактная картина над камином: дымчато-голубые и серые мазки при первом взгляде напоминали красивый морской пейзаж. Остальная комната была обставлена мебелью из «ИКЕА», будто Луиза вырвала страницу из каталога и заказала все, что было на ней изображено. Практично, удобно, без изысков. Все вещи выглядели как новые. Я вспомнила, что хозяйка дома, по ее же словам, проводит почти все вечера и выходные на работе, и решила, что в свободное время она колдует на своей уютной кухне. Гостиная была безликой, почти мертвенной. Гил Маддик явно не вписывался в столь убогое пространство.

— Что вы здесь делаете?

— То же самое я хотела спросить у вас, — парировала я.

Он не потрудился зажечь ни одного светильника, и я щелкнула настенным выключателем у двери. При резком верхнем освещении стали видны морщинки вокруг его губ и тени под глазами. Теперь он казался менее привлекательным и более замкнутым. Хоть я и знала, что преступника нельзя угадать по внешности, мне стало немного жутковато. Только бы он не заметил моего замешательства!

— Разве не понятно? Мы с Луизой преодолели наши разногласия. Вы должны за нас порадоваться, констебль Керриган. Тем более что это вы нас свели.