Все говорят об обиде. О жестокой обиде в год 60-летия Победы. Оставим эмоции; тут откровенное беззаконие.

Закон, уничтоживший льготы, – это закон обратной силы. Люди работали, воевали, закрывали собой не только амбразуры, но и горящие атомные станции. И им было обещано… А теперь отнято.

А дальше? Вот, например, суд. Одному надо, другому – нет. Один всю жизнь добивается справедливости (сына убили, и никто не наказан), другой знать не знает, где этот суд находится.

Давайте всем поровну – по 100 рублей вместо суда; всем поровну той справедливости, что ищут в суде. Все равно не всем достается и работает плохо, с ошибками, – заменим деньгами.

А то – смотрите: Зурабову, захватившему в личную собственность гектары Подмосковья, ничего всерьез не грозит. А ребятам, которые, защищая стариковские льготы, захватили на 40 минут приемную Зурабова, дали по пять лет зоны. (Кстати сказать, ребята за стариков вышли, а старики за них – нет.)

И такая Дума, и такой Совет Федерации, такие «избранники народа», которые за отъем льгот голосуют, – тоже не всем нужны. Мы легко обойдемся без Грызлова и Миронова, даже не заметим утраты. А если бы вместо них выдавали по сто рублей в день, да вместо министра обороны по двадцать, – настала бы удивительная жизнь, даже на закуску хватало б… Гм, шут знает, куда могут завести такие мысли. Лучше остановимся. Цензуры-то теперь нет, мы должны сами себя удерживать в границах дозволенного.

…Уважаемый Владимир Владимирович, вряд ли удалось вас убедить. На всякий случай прикажите Федеральной службе статистики быть «повнимательнее, поаккуратнее с показателями». Потому что если их не предупредить, если сейчас не подчистить, то потом будет очень трудно объяснить скачок смертности нынешней зимой.

2 февраля 2005

P.S. При публикации из-за недостатка места пришлось сократить большой кусок. Вот он.

Пишу вам, пишу, а вы молчите. Это же не случайно. В этом молчании большой смысл. Мы же с вами советские. В школу ходили, в кино бегали, в пионерских лагерях жрать хотели, – фильмы, учебники, песни, костры у нас с вами общие. Общая база.

«Ходоки у Ленина», «Дорогой товарищ Сталин»… Ну и что получили ходоки? Что получила пионерка, писавшая в Кремль: «Дорогой товарищ Сталин, мой папа ни в чем не виноват»?

Некрасовские ходоки тоже остались ни с чем. Мне, мальчишке, казалось, что их постигла катастрофа. Их не выслушали; а они собирались, обсуждали, набирались храбрости, шли, питали надежды, а их и на порог не пустили.

Я школьником не понимал этой угрозы. Я вообще не понимал, что это угроза. «Суди его Бог» – для меня было междометием, что-то вроде «эх», «о-хо-хо», «увы» и т. п.

А теперь я понимаю, что это бунт. Не кровавый, тихий, но – бунт. Они уходят, оставляя сановника Божьему суду. Ничего более страшного не существует.

От почтения? Нет, в доме они, конечно, шапки бы сняли, но они уходят по улице… С непокрытыми головами идут по кладбищу. Они мысленно его похоронили.

За сто лет до этих некрасовских мужичков похороны, точнее, Страшный суд царям устроил сенатор Державин:

Потом жестокую угрозу произнес поручик:

За это его отправили в ссылку. А он на прощание огрызнулся:

Так тогдашние поэты разговаривали с тогдашней Лубянкой.

Далеко уводят мысли, когда власть подарит каникулы.

Уважаемый Владимир Владимирович! Вы уже знаете об этих неприятностях? Масхадов объявил нам перемирие, а Басаев объявил нам, что он жив. Не знаю, что хуже.

Согласитесь, нахальство ужасное. Объявлять перемирие России! – это же все равно что объявлять нам войну (потому что объявлять перемирие может только тот, кто ведет войну).

Считается, будто мир – хорошо. Хотя, как посмотришь с холодным вниманием вокруг, – хорошо не для всех. Не для генералов; не для тех, кто пилит бюджет «восстановления»; не для сына героя Кадырова, который (сын) тоже герой, и не для его гвардии – героев-кадыровцев.

В общем: кому – война, а кому – мать родна.

На днях показали по вашим телеканалам, как дочь вашего друга и учителя Ксюша Собчак (которую в печати с излишней, на мой взгляд, вольностью называют профессиональной содержанкой)… короче, показали, как Ксюша и ваш Герой (в смысле вами награжденный) Рамзан Кадыров открывают в Грозном лучший в мире будущий аквапарк.