– Ну, что там у тебя на этот раз?
– он потер руки, и дорогие часы на его запястье взблеснули.

– Скрипты.

Дмитрич сморщился:

– Это сырец, с этими кодами потом еще работы на месяц!

– Зато они из новейших разработок. Прописывают тактильные ощущения, очень реалистичные.

– Ну, это другое дело. Неужели в вашем "Глюковуде" наконец взялись за ум?

– Нет, скрипты из другой конторы.

– Хорошо. У тебя есть распечатка?

– Нет, все тут, - Термит постучал себя по лбу, - дай мне комп, я тебе напишу.

– Другому я бы не поверил, но тебе...

– Осталось договориться о цене.

– Снова возьмешь товаром?

– Мне нужно несколько специфических матриц класса а-один, но и наличные мне тоже нужны. Пара тысяч пойдет.

– Нет.

– Да. Ты еще не видел скрипты.

– Допустим. Давай так - я даю тебе дюжину матриц и пятьсот бабла, а если ты сможешь меня удивить, то докину до пары штук.

– И плюс одно вещество в качестве бонуса.

– Если удивишь.

Термит кивнул.

Когда он вышел из спа-салона, солнце уже стояло высоко. Оно было не по-осеннему ярким и теплым. Толпа людей в непромокаемых плащах и куртках казалась странной под этими веселыми лучами.

Термит, сам не зная зачем, побрел к зданию "Илюженс Инкорпорейтед". Почему-то мысли о старой работе, которую он никогда особенно не любил, теперь вызывали приступ ностальгии. Студия сверкала как кусок хрусталя, а кольцо с рекламной строчкой сегодня выглядело особенно впечатляюще. Термит так и не перешел через дорогу. Он остановился под светофором, курил и смотрел на здание, где создавали миры. От осознания того, что эта жизнь теперь для него потеряна, было немного грустно.

"Линда Берри в новом фильме - побег из рая с помощью жвачки!"

– Ох, черт!
– сказал он вслух.

"Самый длинный нанофильм - двадцать минут экзотики, представят братья Теплые!"

"Новинка для любителей погорячее - импульс Охотника! Почувствуйте себя на грани!"

– Черт!

Термит отшвырнул недокуренную сигарету и поплелся к остановке монопоезда.

"Теперь я звезда. Какой кошмар!"

Картина, представшая глазам Термита, когда он вошел в квартиру Никотина, могла служить натурой для татуировки "что нас губит". Дюжина девушек танцевала и хохотала, на столе сидела блондинка, обмахивалась карточным веером и пила дешевое шампанское из бутылки.

– А-а-а, ура, стриптиз приехал!
– завизжали девчонки, увидев Термита.

Он попятился, прижав к груди подаренную Дмитричем бутылку кьянти, но его схватили и со смехом вытолкали на середину комнаты.

– Раздевайся!

– Да вы что, с ума все посходили?

Термит затравленно озирался, когда его спас ухмыляющийся Никотин.

– Девочки, это не тот, - объявил он, - это дружбан мой.

Они снова завизжали.

– Ты не пугайся, это одна соседка девишник устроила. Послезавтра замуж выходит за приятеля моего, Витька.

Девушка в розовом платье подскочила к Термиту:

– Это я. Извини, что испугали.

– Очень мило.

– Ты не бойся, мы еще до полуночи уйдем.

– Да ничего страшного...

– Приходи к нам на свадьбу, в бар "Кубань"! Ник, ты пригласил его?

– Я всех пригласил.

Никотин ухмыльнулся, а Термит прошептал ему на ухо:

– Послушай, мне нужна другая квартира. Спокойная и тихая, и в которую менты никогда не приползут проверять. Может кто-нибудь из твоих знакомых снять ее для меня? Я дам денег.

– Пойдем отсюда.

Они выбрались из квартиры в полутемный прокуренный коридор.

– Это было серьезно насчет свадьбы?

– Конечно. Приходи, будет много народу. А хата - без проблем. Можем даже сегодня посмотреть одно место, свободно ли.

– Кажется, эта девочка действительно любит своего жениха. По крайней мере так выглядит... влюбленной...

– Угу. Идем.

Термит погладил тонкий шприц в кармане.

"Бонус от Дмитрича. Жидкое забвение, цифровая лоботомия. Жертва должна забыть лишь полмесяца жизни, но кто поручится, что эта дрянь не сотрет всю личность, как преступникам в федеральных тюрьмах. Анна не заслужила этого... Но как, как иначе мне заставить ее молчать?"

Бряцая ключами, они прокрались по притихшему дому. Он был двойником того, где обитал Никотин: облупленные стены, вонь мочи на лестнице, продавленные стулья и заполненные окурками консервные банки в коридорах. Входная дверь в арендованную квартиру была розоватого цвета - как и двери в ванную и в туалет. Посреди комнаты стояла заляпанная банка с соответствующей краской. Термит, вздохнув, присел рядом с ней на корточки и прочитал название "супер-эмаль лососевого цвета".

– Прекрасно, - пробормотал он.