– Все понятно! – жизнерадостно и громко произнесла я, подходя к карете. – Вы что-то важное узнали и вам не терпится с нами поделиться? А что насчет тех двух, кого мы искали? Затаились по обе стороны?

– Затаились, затаились! – обрадованно закивал Дюпон. – Так что садитесь и поедем, не на дороге же нам разговаривать.

Правильнее было бы нам с Петей сесть с разных сторон, но поскольку совсем правильным было бы вообще бежать куда подальше, я решила не привлекать лишнего внимания такими не столь очевидными поступками – кавалер, вместо того чтобы подсадить даму, вдруг начинает обходить карету с другой стороны. То, что Петя все понял не хуже меня, я была уверена, так что сочла нужным лишь шепнуть ему:

– Сначала нужно поговорить!

– Нужно, – согласился Петя и подсадил меня.

Дюпон к этому моменту уже сидел на скамье, рядом с ним и напротив оказались два типа неприятной наружности. Тем не менее я совершенно спокойно села рядом с одним из них и даже вежливо поприветствовала:

– Добрый день, месье. Не правда ли, чудесная погода?

Петя, взобравшись внутрь, но не сочтя нужным прикрыть за собой дверцу, сел так, чтобы второй из бандитов оказался между ним и Дюпоном.

– Рад нашей встрече, – поддержал он приветливость заданного мной тона.

Один из бандитов закашлялся. Второй оказался более сдержанным, на него неожиданность нашего поведения произвела меньшее впечатление.

– А уж как мы рады, не высказать! – заявил он и счел необходимым помотать у меня прямо перед лицом револьвером. Теперь уже наш Дюпон счел нужным кашлянуть, а я – кивнуть ему в ответ.

– У вас к нам, видимо, имеется дело? – спросила я. – Давайте покончим с ним побыстрее. Кто вас прислал?

– С чего вы взяли, что нас кто-то прислал?

– Если вы тут сами по себе, то нам не о чем с вами разговаривать. Нам нужен определенный человек.

– Вы бы, мамзель, того, – вступил в разговор второй из бандитов. – Кочевряжьтесь поменьше, целее останетесь.

И показал нож.

– Ну так и быть, говорите, что вам нужно, или убирайтесь подобру-поздорову! – сказала я.

– Чего нам нужно-то? – спросил бандит с револьвером. – Вот Дюпон ляпнул, что у вас есть чего-то такое, чего должно шибко сильно самого Умника заинтересовать. Вот мы и решили оказать вам услугу и передать это нужное бельгийцу.

– Но он-то вас об этом не просил! – высокомерно произнесла я. – Так отчего вы решили, что мы вам его вещь отдадим? Совсем страх потеряли, не знаете, что бывает с теми, кто бельгийцу дорогу переходит?

Страх они, судя по всему, не совсем потеряли. Во всяком случае, верзила с ножом поежился и заерзал на сиденье. А я решила, что толку от этого разговора не будет, и стала ждать подходящий случай, чтобы его закончить.

– Так мы ж дорогу ему переходить не собираемся, – нашелся что сказать второй, с пистолетом. – Мы ж ему услугу оказать желаем. И вам помощь, так что выкладывайте, про что речь у нас идет и где оно у вас?

– Вот ведь люди! – возмутился Петя. – Знать не знают, о чем речь, нужно оно им или не нужно, а все равно вынь им это и положь!

– И чего за люди пошли, им по-хорошему, а они не понимают, – в тон ему ответил бандит с револьвером. – Гвоздь, дверку прикрой, мы с ними по-другому погорим. Да скажи Жаку, пущай еще немного постоит, может, мы их здесь и оставим, чего задарма катать.

Чтобы прикрыть дверцу кареты, Гвоздю пришлось наклониться через Петю. Петя, дав ему возможность это проделать, перехватил руку с ножом и заломил ее. Гвоздь вскрикнул. Тут же заорал и второй бандит. Револьвер, прежде чем оказаться в моих руках, заставил противно хрустнуть его палец. Дюпон тем временем без труда завладел ножом Гвоздя. Ситуация переменилась за долю секунды. Правда, оставался еще возница, который, услышав крик, приоткрыл окошечко, через которое пассажиры общались с ним, и, улыбнувшись во весь почти пустой, беззубый рот, спросил:

– Я ж говорил, она непременно кусаться станет, а вы…

Тут его лицо ткнулось лбом в кабинку, и он стал медленно оседать.

– Дон Мигель, это вы? – громко спросила я.

– А то кто же, – откликнулись снаружи.

– Мы сейчас высадим еще двух бандитов, присмотрите, чтобы не сбежали.

– Присмотрим!

– Пошли наружу! – не отказал себе в удовольствии прикрикнуть на своих похитителей Дюпон. Тем пришлось подчиниться.

Снаружи нас поджидал дон Мигель и двое его матросов, все с оружием в руках.

– Вы решили нас проводить дальше, чем до берега, дон Мигель…

– Да, – согласился с очевидным выводом капитан шхуны «Арабелла», перекидывая из руки в руку карабин. – Я вам говорил о роде своих занятий, так оно предполагает, что, когда стоишь на якоре, на всякий случай нужно следить и за морем, и за берегом. Ну, мои караульные и предупредили меня, что за вами прибыл совсем не тот экипаж, что привез вас. А еще вы, сеньорита, так легко согласились с моим предположением, что поимкой убийцы графа Никитина занимается полиция, что я вам не поверил. Заподозрил, что вы влезли в опасную авантюру. Так что решил вас подстраховать. Но вижу, что вы и без меня сумели бы справиться. Вон и револьвер держите не по-девичьи, значит, и стрелять умеете не хуже вашей матери.