— Классная "тачка"! — восхищенно воскликнул Радик. — Дядь Жень, а давай поедем на ней до самых Сочей.

Только я хотел возразить, что до Сочи нам на ней доехать не дадут, как за нашими спинами послышался чей-то дюжий храп. Мы вздрогнули и обернулись. На заднем сиденье виднелись чьи-то ноги в блестящих лакированных ботинках. Откинувшись назад, я смог рассмотреть их обладателя. Это был мощный "мэн" в дорогом темно-синем костюме. Упитанность его лица не оставляла сомнений, что он — фигура весьма серьезная. От неожиданности я непроизвольно нажал на тормоз. Автомобиль дернулся.

— Ну чё ты… ё… у-у-у… ю…, - нечленораздельно прохрипел пассажир.

Очевидно, он был в доску пьян.

"Во, влип! — подумал я. — Эдак мне могут приписать еще и терроризм. Похищение важного государственного чина — это не шутка".

Мой спутник достал зачем-то из рюкзака свой игрушечный пистолет и крепко сжал его в руках.

Я еще немного проехал вперед, затем плавно сбавил скорость, остановил машину, заглушил мотор, после чего мы вылезли наружу и скрылись в придорожной чащобе.

— Облом, — с сожалением вздохнул я.

— Зато опять проехали бесплатно, — ободряюще заметил Радик…

Вдали показался знак кемпинга. Самосвал, в кузове которого мы ехали, остановился возле небольшого кафе. Над дверью разноцветным неоном играла надпись "У дяди Миши".

Водитель, низкорослый мужичок с круглым добродушным лицом и маленькими веселыми глазками, совершенно лишенный какой-либо алчности, и охотно согласившийся подвезти нас автостопом, то-есть просто так, выпрыгнул из кабины на землю.

— Подкрепиться не желаете? — крикнул он нам. — Здесь хорошо готовят. Я всегда сюда заезжаю.

Упоминание о еде вызвало в моем желудке спазм. И это было не удивительно. За весь день мы так ни разу нормально и не поели.

— Не помешало бы, — жалобно пробормотал мой спутник.

— Не помешало, — согласился я и воровато оглянулся по сторонам, чтобы оценить обстановку.

У "дяди Миши" было отнюдь не безлюдно. Но спустившиеся на землю сумерки надежно маскировали черты наших лиц, а осевший на коже густой слой дорожной пыли изменил их настолько, что опознать нас с первого взгляда представлялось довольно затруднительным.

Ободренный этим выводом, я бросил:

— Ну, что ж, пошли.

Спрыгнув с кузова, я помог Радику сделать то же самое, и мы направились вслед за шофером.

В кафе играла музыка, галдели голоса, а освещавшие его лампы не отличались особой яркостью. Последнее добавило мне уверенности. Но только я собрался переступить через порог, как шедший сзади Радик что есть мочи дернул меня назад.

Я обернулся.

Мой спутник молча указал рукой куда-то в сторону. Проследив за его жестом, я опешил. Невдалеке, среди других автомобилей, стоял хорошо мне знакомый "Лэнд Крузер".

Баруздин! Но что он тут делает?

Моя реакция на его появление была неоднозначной. С одной стороны, встретить вдалеке от дома знакомого — это невероятная удача. Но с другой — я не знал, чего от него ждать.

Я сошел с крыльца и осторожно заглянул в окно. Перебрав взглядом всех посетителей, я наконец увидел своего шефа. Он сидел за одним из столиков у стены. Баруздин был не один. Рядом с ним ужинали еще двое. Я их знал. Это были Филиппов и Долгих. Они тоже работали в ЧОП "Барс". Я неоднократно сталкивался с ними на разводах. Угрюмые, не склонные к открытости, ребята. С ними даже переброситься парой слов было проблематично.

— Вот как теперь к нему подойти? — озабоченно сказал я Радику.

Мальчик испуганно схватил меня за рубашку. В его руках снова появился игрушечный пистолет.

— Дядь Жень, ты что? — пролепетал он. — К нему нельзя подходить. Он же враз тебя сцапает.

— Я тоже не уверен, что он мне обрадуется, — грустно констатировал я.

— Давай подождем, пока он уедет, — предложил мой спутник.

— Давай, — кивнул я.

Только я собрался отойти от окна, как Баруздин сделал жест, заставивший меня снова прильнуть к стеклу. Мой шеф потянулся к барсетке и достал оттуда фотографию. Даже слабые очертания ее изображения заставили мое сердце учащенно забиться. На снимке был я.

Баруздин встал из-за стола, подошел к буфетной стойке, показал карточку официанткам и начал им что-то говорить. Те дружно помотали головами. После этого мой шеф стал поочередно обращаться ко всем посетителям.

Значит, он меня ищет!

У меня неприятно засосало под ложечкой. Я передал увиденное Радику.

— Атас! — коротко бросил он.

Мы помчались к самосвалу, достали из кузова свои сумки, бросились к трассе, и принялись отчаянно голосовать. Нужно было во что бы то ни стало быстро поймать попутку. ДорогА была каждая минута. Ведь после того, как мою фотографию увидит подвозивший нас шофер, Баруздин, Филиппов и Долгих тут же вылетят наружу, и я буду обречен.