– Прошу вас, - приглашающий голос Верданы был приторно сладким.

– Я про нашу договоренность относительно Дорина. Вы же понимаете, что сделали только хуже. Если бы Дорин был здесь... А так я могу обвинить его только в черствости, а в убийстве буду виноват один. Но нет, вы взяли его для борьбы с несуществующим злом, в то время как здесь, в Университете...

– Положим, виноваты не вы один. А половину магистров Университета Магии никто не посмеет ни в чем обвинить. Вы это знаете не хуже меня. Что будет с Киринеей без магической поддержки? Руины и прах. Король не пойдет на это. Он слишком осторожен. И, если кого-то и обвинит, то точно не вас! А ведь, возможно, монарх ни о чем не узнает. У него, я слышала, своих проблем полно. И до разных слухов просто дела нет.

– Если он узнает, то виноватыми окажутся отнюдь не пешки, а те, кто ближе к вершине. Дириани, я...,вы, кстати говоря.

– Но ведь меня тоже не было в эту ночь в Университете, или вы забыли?
– Вердана слегка презрительно улыбнулась, - и вот еще что, хочу сразу решить все вопросы. Я не предлагала кандидатуры Дорина. Дириани сам предложил его, как лучшего мага после себя. Неужто, забыл про вас?
– Вердана позволила себе еще одну насмешливую улыбку, - я только согласилась и все. И, конечно же, последнее, хотела бы я, что бы вы собственными глазами увидели ваше несуществующие зло. Уверена, вы бы очень удивились, голос женщины стал выше, громче, значительнее.
– Мои видения никогда не лгут, и мне даже в голову не пришло бы использовать их в вашей борьбе за власть. Простите, - Вердана сделала шаг в сторону, чтобы уйти.

Алехандро схватил ее за руку. Их восклицания: "Да что вы себе позволяете" слились в один голос. Впрочем, добавить что-то посущественней магистры не успели: к ним подошел Дорин.

– Приветствую, магистры.

– Взаимно.

На этих трех словах приветствия официальная часть встречи закончилась. Теперь Дорин мог узнать то, что его интересовало. Не поболтать же он подошел - собеседники не те.

– Я бы хотел узнать, почему вы запретили выходить в город?

– Я запретил?
– возмутился Алехандро, - это приказ Дириани.

– Почему я о нем не слышал?
– Дорин был удивлен и даже не пытался этого скрыть за холодной маской безразличия.

– Возможно, ректор просто не счел нужным сообщать вам об этом, - во время разговора с Верданой Алехандро и так досталось, вот он и хотел выместить все зло на Дорине, - посчитал, что для вас эти знания будут лишними.

– Но я тоже ничего об этом не знала, - внезапно взяла слово Вердана. И на несколько минут в компании трех волшебников наступила тишина. Магистров поразило не то, что Дириани не счел нужным сообщить Вердане о нововведениях, а то, что Вердана поддержала Дорина, приняла его сторону.

Алехандро побелел, сузил свои, и без того небольшие, глазки и, наконец-то, соизволил относительно правильно и корректно (нет предела совершенству) ответить:

– С чего бы мне знать, почему вам обоим не сообщили? Наверное, Дириани просто не успел.

Архимаг и в самом деле просто забыл сообщить о своих планах троим людям, всего троим. Он и представить не мог, к чему это приведет.

– Впрочем, не мое дело. Это нужно для того, чтобы собрать всех учеников в Университете и накрыть их защитной пеленой. Или вы хотите, что бы убийства продолжались?
– закончил свою речь магистр, все же не сдержавшись и задав, мучивший его вопрос.

– Но защитная пелена забирает слишком много сил. Нам не хватит сил удерживать ее всю ночь, - нахмурилась Вердана.

– Дириани принял решение о том, чтобы поставить сплошной барьер между Университетом и Рианом. Мы будем в кольце.

– Но это ведь означает, что все защитные заклинания, все амулеты в городе перестанут действовать.

– Они уже перестали. Да что с вами?!
– Алехандро посмотрел на бледные лица своих коллег, - всего-то на одни сутки. Мы можем пожертвовать жизнью десятка нищих ради безопасности наших студентов, или даже купцов, простых горожан.

– А сотней можете?
– в голосе Верданы прорезались боль, усталость, даже в какой-то мере отчаяние, - я уже говорила вам: мои видения сбываются всегда!

Дорин не сказал ни слова, но его сердце забилось быстрее от воспоминания, что сейчас в городе две его студентки, смерти которых не пойдут никому на пользу и не покажутся мелочью - Джулин и Элен...

Джулин и Ристер сидели в небольшом дворике и весело болтали о чем-то. Лицо Джулин, то и дело, озарялось улыбкой. Магистр вел себя более сдержано. Магам все же не пристало открыто проявлять свои мысли и чувства, даже, если это просто дань традициям. Впрочем, было и другое объяснение, куда менее радостное - Ристер просто не испытывал тех чувств, которых от него ждала девушка. И в самом деле, беспокоился о чем-то, переживал. Но Джулин второе объяснение и в голову не приходило. Она была так счастлива, что почти не обращала ни на что внимания. Зачем, когда жизнь так прекрасна, когда ты уже победила, и такие мелочи как долг, твоя, возможно, сомнительная репутация в будущем ее просто не волновали?

– Знаешь, а я ведь рада, что думала, будто ты убийца. Нет, это не потому, что я бесчувственная кукла, и мне не хватает в жизни острых ощущений, просто у меня появилось время, чтобы подумать, принять решение. Только потеряв что-то, начинаешь понимать, на сколько это что-то... кто-то тебе дорог. Осознаешь, какую цену ты готов заплатить, чтобы вернуть все, как было.

– Но ведь уже не будет, как было, или Анри продолжит маячить черной тенью за твоей спиной?

Глаза Джулин потухли, она вся даже как-то вся скукожилась.