— Ты хочешь заключить союз с властителями Валеодары и Сиревы?

— Если так нужно будет.

— Но они — масриды! Даже если они ненавидят Цорпада, нас они ненавидят еще сильнее! Чего будет стоить такой союз, даже если мы победим? Они сразу же нападут на нас, как только Теремия окажется в наших руках.

— Тогда нужно найти способ укрепить подобный союз и на будущее, — сказала княгиня необычно спокойным голосом.

— Способ? Какой способ ты имеешь в виду?

— Свадьбу. Ласцлар Сцилас, властитель Валеодары, еще достаточно молодой мужчина. Он более расположен к союзу с Мардевом и…

— И меня ты можешь подарить, словно ящик дешевых бус, чтобы задобрить дракона, — перебила ее Висиния ледяным голосом, до которой наконец дошло, чего от нее хотела сестра.

Ионна посмотрела ей прямо в глаза. На ее лице не дрогнул ни один мускул.

— Я думала предложить эту роль Йолеа, сестре Сухаи. Но брак с тобой был бы гораздо лучшей гарантией продолжительного мира. Ты не должна забывать, что это был бы скорее символический акт. Я сомневаюсь, что Сцилас будет настаивать на том, чтобы ты жила в Брачаце.

Мысли в голове Висинии сплелись в один клубок. Ее сестра планировала объединиться с масридами? И она должна выйти замуж за одного из них?

Перед ее мысленным взором предстал размытый образ человека в доспехах, на щите которого был изображен дракон, но неожиданно рядом с масридом появилось худое лицо Стена сал Дабрана.

— Я не могу выйти замуж за Ласцлара Сциласа, — залепетала она, и сама услышала, как слабо прозвучали ее слова. — Я люблю другого. Я люблю Стена.

На мгновение улыбка исчезла с лица Ионны, затем черты ее лица ожесточились, и она сказала:

— Это вздор.

— Нет. Я люблю его, — жарко возразила Висиния.

— Он вне закона и всегда ищет неприятностей, Висиния. Однажды его везение оставит его, тогда…

— Что тогда? — сердито спросила Висиния. — Что ж, тогда у тебя будет возможность перепродать меня подороже!

— Я не хочу, чтобы ты сама сделала себя несчастной! Политический брак будет стоить тебе лишь немного гордости, но смерть Стена разобьет тебе сердце! И когда-нибудь с ним рядом не будет никого, кто спасет его. Ни троллей, ни Натиоле Таргузи, ни Флорес сал Дабран — никого!

— Но мы тоже рискуем жизнью! — возразила Висиния, но Ионна покачала головой.

— Не так как он. Ты знаешь, что я права. Сестра, я хочу лучшего для тебя.

— Лучшего? Ты хочешь передать меня соперникам Цорпада и называешь это лучшим?

Ионна подняла голос, в котором послышалась едва скрываемая ярость:

— Я — глава семьи. Не забывай об этом. Если так будет нужно, то ты выйдешь замуж за того, кто принесет нашему народу мир. Ты объединишь наш дом с другим, могущественным именем. Как велит твой долг, — жестко ответила княгиня.

— Мой долг, да, — холодно ответила Висиния. — Как пожелаете, госпожа. Я могу вернуться к себе, воевода? Мне нужно многое обдумать.

Ионна склонила голову, и Висиния размеренным шагом покинула совещательную комнату, тщательно следя за тем, чтобы не выказывать никаких чувств. Придя к себе, она что есть силы ударила кулаком по стене и фыркнула:

— Мой долг! А что, как она думает, так я и сделаю? Как она могла осмелиться…

Стук в дверь прервал ее гневный взрыв, и она властным жестом отбросила волосы с лица.

— Входите!

Дверь осторожно открылась, и Флорес заглянула в щелку. С вопросительным выражением лица она зашла в комнату и посмотрела на Висинию. Не говоря ничего, она опустилась на диван и стала рассматривать свои руки.

— Ионна! — возмутилась Висиния. — Она хочет выдать меня замуж, чтобы заключить союз!

— Что? За кого? — спросила Флорес, но Висиния пожала плечами.

— За властителя Валеодары. За Ласцлара Сциласа.

Флорес присвистнула.

— Династический брак? И ты согласишься? Или Ионна продает шкуру неубитого зверя? — поинтересовалась Флорес.

Висиния озадаченно посмотрела на воительницу:

— Что?

— Так говорят в Сиреве. Ты не знаешь этого выражения? — спросила Флорес. Когда Висиния покачала головой, она объяснила: — Пообещать что-то, чего еще не имеешь. Например, шкуру медведя, который еще гуляет.

— Я понимаю, ладно, — сердито ответила Висиния. — Что мне делать? Ты знаешь так же хорошо, как и я, что нам нужны союзники.

— Возможно. Но всегда есть другие варианты.

— И какие?

— Я, например, ухожу. Никакой войны, никакой земли, никаких обязательств, — спокойно объяснила Флорес.