Сердце Джеффри как-то мгновенно, без колебаний полюбило Джулию. И вот теперь это же сердце подсказывало ему с радостной уверенностью: чудо уже свершилось.

Ведь чудесен даже сам факт того, что ребенок Джулии мог быть его ребенком! Просто надо принять это как должное и больше не сомневаться.

Просто… Это будет так же просто, как полюбить ее, так же радостно, так же чудесно, так же правильно…

Последний уик-энд перед венчанием Джеффри с Джулией провели в романтическом Кармеле. Они занимались любовью в очаровательном номере гостиницы «Пайн инн», гуляли по Пеббл-Бич, умилялись играми живых выдр, бродили по экстравагантным магазинам на Оушн-авеню.

Джеффри предложил поехать в Кармел, потому что Джулия ни разу там не бывала. Он знал, что ей там понравится; к тому же в памяти у Джеффри сохранились изящные золотые украшения, изготовленные талантливыми местными мастерами. Поначалу Джулия отказалась от бриллианта, но в ее милых глазах вспыхнула надежда, когда он предложил ей весьма необычное обручальное кольцо.

Джеффри хотелось, чтобы кольцо было необыкновенным и символизировало силу их любви. Джулия считала, что достаточно купить обычные золотые кольца. Впрочем, увидев пару колец, сделанных из белого и желтого золота, девушка восхищенно ахнула. Узкие ленточки двух видов золота нагрели и искусно переплели, отчего они, чуть подплавившись, слились воедино. Навсегда…

Меньшее из двух колец было удивительно миниатюрным, словно его специально изготовили на хрупкий пальчик Джулии. Джеффри надел колечко на ее безымянный палец, и оно засверкало, будто нашло свою единственную хозяйку. А второе кольцо было как раз по размеру Джеффри.

– Ты собираешься носить кольцо? – поинтересовалась Джулия, увидев, как он надевает его на палец.

– Конечно, дорогая, – ответил Джеффри удивленным лавандовым глазам. – Разве ты не знаешь, как горд я буду показать всему миру, что ты – моя жена?

– Но больше никаких подарков, никогда, – предупредила Джулия Джеффри через четверть часа.

Они уже были в пустынном парке в двух кварталах от Оушн-авеню. Обручальные кольца лежали в кармане его жилета. Джеффри крепко держал Джулию за талию, когда они остановились под аркой цветущих глициний цвета ее глаз.

– Мы будем целиком отдавать друг другу себя и нашу любовь.

– Как твой будущий муж, я оставляю за собой право засыпать тебя подарками. – Его глаза стали серьезными, когда он тихо добавил: – Но ты не должна мне ничего дарить, потому что ты – самый лучший подарок.

– Нет, ты, – улыбнулась Джулия.

– Нет, ты, – возразил Джеффри, осыпая ее лицо поцелуями. – Знаешь, мне хочется устроить тебе божественный медовый месяц. Может, это будет трехнедельное романтическое путешествие по Европе? – предложил он.

– А разве каждый день нашей совместной жизни не будет медовым месяцем?

– Разумеется, будет.

– Так к чему же ехать в Европу?

– Я не понимаю тебя, Джулия, – удивился Джеффри.

– Я никогда не летала на самолете.

– И ты боишься летать, – догадался он.

– Да. – Она слегка пожала плечами.

– У нас впереди вся жизнь, дорогая. В один прекрасный день, когда ты будешь готова, мы полетим туда вместе.

Когда-нибудь им вместе удастся пересилить ее страх перед полетами, в этом Джеффри был уверен. Но нечто другое по-прежнему смущало его: в ее лавандовых глазах появлялось какое-то странное выражение, когда он говорил ей о своей любви. Будто она все еще не верила в это.

– Знаешь, ты, конечно, и без этого романтична, но я подумал, что на кольцах необходимо что-нибудь выгравировать. На твоем колечке я велю написать: «Джулия, я всегда буду любить тебя. Джеффри».

– Нет, дорогой, из нас двоих романтик – ты, – улыбнулась Джулия.

– И все из-за тебя. Ну что на это скажешь?

– Я скажу, что после того, как ты завтра наденешь это кольцо мне на палец, я ни за что не захочу его снимать. Что касается гравировки, то все нужные и дорогие слова будут выгравированы в наших сердцах.

Меридит Лоуренс родилась двенадцатого сентября, через двадцать четыре часа после того, как Джеффри отправился на задание во Вьетнам. Поначалу у малышки были проблемы с дыханием и желтушка новорожденных, но ее крошечные легкие быстро справились с шоком, а желтый оттенок кожи вскоре исчез.

Через восемь дней после родов – за день до возвращения Джеффри – Джулия привезла девочку домой.

Ее дочурку. Джулия полюбила этот крошечный живой комочек в то самое мгновение, когда узнала о своей беременности. Но она не представляла себе, что ее сердце захлестнет такая волна радости и любви, когда она прижмет доченьку к груди и заглянет в ее милое сморщенное личико. С момента рождения Мерри Джулия все больше и больше радовалась малышке и восхищалась ею.

Как же ей хотелось, чтобы Джеффри поскорее увидел свою дочь – самый дорогой дар их любви!