— Ты говоришь, как Воловой.

— Это не простая игра, — сказал Аркадий. Виски было хорошим, от него даже папиросный привкус был сладким.

— Ты, наверное, шпион, — сказала Сьюзен.

— Нет, я не обладаю мировым кругозором, меня больше привлекают узкие масштабы человеческих личностей. Должен сказать, что и ты любительница, а не профессионалка, но ты попала на это судно, и если Морган говорит, чтобы ты оставалась здесь, ты остаешься.

— Ну хорошо, значит, я обладаю мировым кругозором. Не думаю, что Зина была настолько безрассудна, чтобы покинуть американское судно.

— Она…

Аркадий замолчал и прислушался. Он услышал шаги, которые внезапно замерли в коридоре. Вдоль коридора располагалось шесть кают, а в концах были трапы, ведущие в рубку и на главную палубу. Послышались чьи-то шаги по трапу, но они тоже затихли.

Открылась и закрылась дверь в соседней каюте, затем раздался стук в дверь каюты Сьюзен.

— Сьюзен? — послышался голос Карпа.

Она посмотрела на Аркадия, тушившего папиросу, а он подумал, увидела ли она страх в его глазах. Второй стук в дверь был еще сильнее.

— Ты одна? — спросил Карп через дверь.

— Уходи, — ответила Сьюзен, не отрывая глаз от Аркадия.

На дверную ручку надавили, но дверь выдержала. Она же металлическая, подумал Аркадий. В советских домах двери и косяки легко выбиваются, так что замки служат только украшением. Сьюзен встала, взяла кассету, вставила ее в магнитофон, и раздался тихий голос Джеймса Тейлора.

— Сьюзен? — опять позвал Карп.

— Уходи, или я пожалуюсь капитану, — ответила она.

— Открой, — приказал Карп. Он толкнул дверь, наверное, плечом, и она почти поддалась.

— Подожди, — сказала Сьюзен и выключила ночник.

Пока Аркадий вместе со стулом отодвигался в сторону от двери, Сьюзен взяла свой стакан с виски и приоткрыла дверь. Над умывальником висело зеркало, и Аркадий увидел в нем со своего места отражение Карпа. Тралмастер, который был выше Сьюзен на голову, бросил взгляд в каюту. В полумраке коридора за ним, как за волком-вожаком, толпились люди из палубной команды. Аркадий надеялся, что в каюте достаточно темно, и они не заметят его.

— Мне показалось, что я слышал голоса, — сказал Карп. — Мы хотим быть уверены, что ничего не случилось.

— Что-то непременно случится, если я пойду к капитану и скажу, что его команда врывается ко мне в каюту.

— Я извиняюсь. — Казалось, говоря с ней, Карп смотрит прямо на Аркадия. — Но это для твоего же блага. Однако я ошибся, извини.

— Ладно, извиняю.

— Вот и хорошо. — Карп стоял в дверях, прислушиваясь к приятной песне, которую певец исполнял под гитару. Наконец он посмотрел на Сьюзен, улыбнулся, и на лице его вместо сомнения появилась уверенность. — Сьюзен, я просто моряк, но хочу предупредить тебя.

— О чем?

— Очень плохо пить в одиночку.

Когда Сьюзен закрыла дверь, Аркадий продолжал сидеть неподвижно. Грохот шагов, звучащих в унисон, удалился. Аркадий услышал, как Сьюзен прошла по каюте и увеличила громкость магнитофона, хотя слова песни были странными и бессмысленными. Потом он услышал, как она поставила стакан, и было похоже, что он пуст. После шести месяцев, проведенных в этом замкнутом пространстве, Сьюзен свободно ориентировалась даже в темноте. Она снова прошла по каюте, и Аркадий почувствовал, как ее пальцы прикоснулись к его вискам, на которых выступил пот.

— Они ищут тебя? — спросила она.

Аркадий легонько накрыл ладонью ее рот, он был уверен, что кто-то остался за дверью. Сьюзен взяла его за запястье и сунула его руку себе под рубашку.

У нее была маленькая грудь. Аркадий убрал руку и полностью расстегнул на ней рубашку. Сьюзен обхватила его голову руками, и Аркадий почувствовал все ее мягкое и податливое тело. Он поцеловал ее лицо и прижал к своему. Если бы можно было вернуть тот момент в Датч-Харборе, когда он внезапно ушел. И вот теперь они, похоже, вернулись туда.

Сьюзен казалась невесомой, казалось, что мир вокруг них замолк, а магнитофон играет в другой комнате и соглядатай в коридоре находится на другом корабле и в другом море. Рубашка и джинсы медленно упали к ногам Сьюзен. Что же нравится женщинам? Когда им гладят волосы? Когда целуют в губы и одновременно слегка покусывают их? Как долго это должно продолжаться?

Пиджак и остальная одежда сползли с Аркадия, словно старая кожа, сердце колотилось в груди, а второе сердце отвечало ему снаружи. Ему казалось, что это не его тело, а тело другого человека, который был погребен, а вот теперь снова живой и свободный. Сьюзен прильнула к нему, обхватила руками и ногами и повисла на нем. Аркадий сделал несколько нетвердых шагов, но тут они наткнулись на переборку, и не в силах больше сдерживать себя, Аркадий овладел Сьюзен.