— Есть еще кое-что, что вам надо знать. «Блю Скай» не только казино. У нас также есть леди, которые… ну, они развлекают одиноких джентльменов.

— Джентльменов? — недоуменно повторила Фрэнсис. Леди развлекают джентльменов? Конечно, Бэлл и не предполагала, что Фрэнсис так испугается. — Вы, конечно, не относитесь к…— Она так и не смогла произнести это слово.

— Наше заведение я называю «Блю Скай Джентльменс Клаб», но я содержу его в чистоте и пристойности. Не стоит стыдиться этого.

У Фрэнсис сердце замерло. Бэлл произнесла то, чего она боялась.

— Не стыдиться? — Ее голос даже дрогнул. — Вы говорите мне — не стыдиться? Такого заведения с такой дурной репутацией? Так значит, это мужской клуб, так? Публичный дом?

— Вы так испугались, Фрэнсис. Ведь теперь и вы владеете половиной этого заведения.

Публичный дом! Она откинулась на спинку сиденья, ее сердце так сильно колотилось, что корсет мешал ей дышать.

— Вы в порядке? Вы выглядите как-то изможденно.

Фрэнсис не ответила, она с трудом старалась перевести дыхание.

— Проклятие! Вы так вся покраснели! — говорила Бэлл, вытаскивая веер. — Ослабьте тесьму. И не надо падать в обморок. Это еще не конец света.

Бэлл принялась обмахивать веером раскрасневшееся лицо Фрэнсис. Она несколько раз глубоко вздохнула.

— Я же дочь священника, — говорила Фрэнсис, впервые за все время афишируя занятие своего отца.

Услышав это, Бэлл была ошеломлена. Она опустила веер.

— Нэйт женился на дочери священника? Я не могу поверить в это.

Фрэнсис не собиралась объяснять ей о своих холодных отношениях с семьей. Она лишь сказала:

— Я не могу остановиться в публичном доме!

Нет, она не могла здесь оставаться, даже если у нее появлялась возможность зарабатывать деньги.

— Не можете? — Бэлл от удивления подняла брови. — Ну, в таком случае я вообще не знаю, где вы можете остановиться, дорогая.

— Наверное, здесь есть пансионы.

— Нигде, кроме собственного дома, вы не будете чувствовать себя в безопасности, тем более вы такой неопытный человек, — говорила Бэлл и посмотрела на ее чемодан и сумки. — Кроме того, вам нужны будут деньги, чтобы платить за место в гостинице. Похоже, что все, что у Нэйта было, он потратил на вас.

— Все, что было? Но он же имел свое дело?

— Да, да. Но сейчас я не могу выкупить у вас его долю в нашем предприятии. Обучение Луизы было слишком дорогостоящим делом.

— Но у меня кое-что осталось из его вещей: пояс с кошельком и бумажник. Там наверняка что-то есть.

— Я думаю, что если там и есть что-то, то только те самые три сотни долларов, которые он занял у меня перед поездкой, — объясняла Бэлл. — Нэйт проигрался несколько недель тому назад и так и не смог отыграться. Знаете, как бывает у картежников: то хорошенькую сумму выиграют, то все проиграют, — сказала она, пожимая плечами.

— Нет, нет, конечно же, я не знаю, как это у них бывает.

Женщина посмотрела на нее:

— Но я догадываюсь, что денег у вас вообще нет. О чем только думал Нэйт?

Фрэнсис тоже бы это хотела знать, но теперь уже его ни о чем не спросишь. Собрав силы, она вытащила маленькую сумочку. Открыв ее, она взяла оттуда кошелек и бумажник. Бумажник был пуст, а в кошельке было несколько монет.

— Даже не хватит купить билет до Бостона! Что же мне делать? — Этот же вопрос она задавала себе в тот день, когда Нэйт сделал ей предложение. — Она сказала Бэлл: — Я была бы рада продать вам все, что мне причитается от «Блю Скай Палас» в обмен на билет и на те, конечно, три сотни, которые Нэйт должен вам.

Бэлл улыбнулась:

— Я бы никогда не могла допустить, чтобы вы получили так мало. Не имеет значения, что вы думаете обо мне и о моем занятии, но я честный человек. К тому же у меня просто сейчас нет денег. И у нас очень много неоплаченных счетов.

У нас. Это явно касалось ее, Фрэнсис, теперь уже как владельца публичного дома и казино, во что она верила с трудом.

— Вы же никого не знаете в Санта-Фе? — говорила Бэлл. — Ваши папа и мама далеко отсюда, на востоке. Поэтому кому какое дело, где вы живете?

Фрэнсис понимала, что это все так.

— И я не вижу причин, почему вы не можете жить в комнатах Нэйта и в то же время работать. Если наше дело не погибнет окончательно, вы сможете вернуться домой через несколько месяцев.

Работать здесь? Фрэнсис широко открыла глаза, услышав о работе в публичном доме.

— Вам было бы удобно в комнатах Нэйта. Несколько месяцев назад он купил новые ковры и занавески. Обе комнаты большие, а на кровати настоящая перина.

И каким же образом Фрэнсис должна была зарабатывать свои деньги?