– Отдайте мои грибочки, - завизжала дама, и это неуместное уменьшительное "грибочки" вызвало истерический хохот ещё у двоих мужчин, стоявших рядом.

Происходящее чем-то уже стало напоминать сумасшедший дом. Миссис Кармоди продолжала трубить, чтобы мы - не выходили на улицу. Не переставая, завывала пожарная сирена, словно крепкая старуха, заставшая у себя дома вора. Билли заплакал.

– Папа, что это за человек в крови? Почему?

– Все в порядке, Большой Билл, он просто расшиб себе нос. Не волнуйся.

– Что он имел в виду, этот человек? Про что-то там в тумане?
– спросил Нортон, усиленно хмурясь, что, видимо, заменяло ему замешательство.

– Папа, я боюсь, - сквозь слезы выдавил Билли.
– Пожалуйста, давай поедем домой.

Кто-то пробежал мимо, грубо меня толкнув, и я взял Билли на руки. Я тоже испугался. А смятение нарастало. Салли, кассирша, работавшая рядом с Бадом Брауном, попыталась встать, и он вцепился в воротник её красного халата. Ткань лопнула, и кассирша, отмахиваясь от него руками, вырвалась, закричав!

– Убери свои поганые лапы!

– Заткнись, - рявкнул Браун, но по его голосу чувствовалось, что он в полной растерянности.

Он снова потянулся за ней, но его остановил Олли Вике:

– Бад! Остынь!

Кто-то ещё закричал. Если раньше паники не было, почти не было, то теперь обстановка быстро приближалась к панической. Люди текли из обеих дверей. Послышался звон бьющегося стекла, и по полу разлилась пузырящаяся лужа кока-колы.

– Боже, что происходит?
– воскликнул Нортон.

И в этот момент начало темнеть. Я подумал, было, что отключился свет в зале, и совершенно рефлекторно задрал голову, взглянув на флуоресцентные лампы. И не один я решил, что потемнело именно из-за этого. Потом я вспомнил, что тока нет, и что лампы не горели все время, пока мы были в магазине. Но ведь света хватало... И тут я понял, даже раньше, чем люди, стоявшие у окон, начали кричать и указывать руками на улицу.

Надвигался туман.

Туман катился с Канзас-роуд, и даже с близкого расстояния он казался таким же, каким я впервые заметил его на озере. Белый, чистый, он быстро продвигался, и вместо солнца на небе осталась теперь маленькая серебряная монета, словно полная луна, видимая зимой сквозь тонкий покров облаков.

Казалось, что туман лишь лениво ползет, но в природе есть явления, протекающие с такой же плавной, гипнотизирующей быстротой, например, ураганы и торнадо. Они буквально завораживают, как заворожил смерч стоявших у панорамного окна Билли и Стефф.

Туман катился по двухрядному шоссе и постепенно скрывал его под собой. Вот поглотило голландский домик Маккеонсов.

Какое-то время из тумана ещё торчал второй этаж стоявшего по соседству ветхого дома, но потом и он пропал. Дорожные знаки с призывом "Держись правой стороны" у въезда на стоянку супермаркета и выезда с неё тоже исчезли, хотя сами буквы ещё несколько секунд плавали в воздухе.

– Боже, что происходит?
– снова спросил Нортон, и на этот раз в его голосе что-то дрогнуло.

Широкое стекло витрины заволокло ровным белым цветом.

Дальше урны, стоявшей в четырех футах от окна, я не мог разглядеть почти ничего. Едва виден был лишь передний бампер моего "Скаута".

Послышался долгий и громкий женский крик. Билли прижался ко мне ещё плотнее. Он дрожал, словно в лихорадке.

Какой-то мужчина вскрикнул и бросился мимо одной из пустующих касс к выходу. Видимо, с этого и началась паника.

Люди беспорядочной толпой бросились к двери.

– Эй!
– заорал Браун. Я не знаю, был ли он напуган, рассержен или и то и другое сразу. Лицо его стало почти фиолетовым, на шее канатами вздулись вены.
– Эй, вы все! Вы не имеете права... Ну-ка, вернитесь, сюда с продуктами. Это - воровство!

Люди не останавливались, хотя некоторые все же побросали взятые было продукты. Кто-то рассмеялся. Люди вливались в туман, и никто из нас, оставшихся, больше их не видел. Через распахнутые двери в супермаркет проникал слабый едкий запах. На входе началась толчея. Кто-то кого-то толкнул, кто-то кого-то ударил.

Нортон с каким-то отрешенным выражением лица пошел к двери. От тяжести у меня заболели плечи: Билли - парень довольно крупный. Стефф в шутку иногда называла его молодым теленком. Я пересадил его на другую руку, чтобы остановить Нортона.

– Не стоит пока, - посоветовал я.

– Что?
– спросил он, обернувшись.

– Лучше подождем.

– Чего подождем?

– Не знаю, - сказал я.

– Не думаешь ли ты...
– начал было он, но тут кто-то пронзительно закричал в тумане.